Книга Меня предавать нельзя, страница 36 – Амелия Борн

— Уже нашел партнера Токарева, которые потребует возвращения вложенных средств. И сделает это в тот момент, когда твой муж будет максимально уязвим. Так что будет скоро Владлену очень несладко…

Он замолчал. Просто сидел, пил коктейль и ждал, пока я все обдумаю.

— Возможно, это слишком высокая плата за такую банальную вещь, как измены, — наконец, сказал Разумовский, очевидно, решив меня поддеть.

На что я тут же отреагировала именно так, как и ждал Дамиан.

— Еще чего! Это нормальная цена за предательство. И считаю, Токарев должен со мной расплатиться сполна, — заявила я Разумовскому.

В ответ он поднял бокал в молчаливом тосте.

* * *

Когда в его кабинет вошла Ульяна, та самая, которая собиралась замуж за престарелого богатея, Токарев даже пожалел, что не взял с собой на работу близняшек. Он ведь очень старался усыпить бдительность жены, так что ни Мишель, ни Уля, ни кто бы то ни было в его планы не входили. И если Миша еще хоть как-то успела снискать его интерес не только в постели, то на что рассчитывала Ульяна, приперевшись к нему в офис, он не знал.

— Я слышал, ты выходишь замуж, — проговорил он вместо приветствия. — Пришла за поздравлениями?

Не то чтобы Токарев опасался, что их с Улей может поймать на месте преступления Варя. Да и преступлением прибытие бывшей любовницы назвать он не мог, но и дергать тигра за усы не хотелось.

— Пришла сказать, что я пока не знаю, чьего ребенка ношу, — ответила Ульяна таким спокойным тоном, будто они тут собрались обсудить биржевые котировки.

В которых она, кстати, ни черта не смыслила.

— Хорошо, — просто ответил Токарев.

Он понимал, зачем она здесь. Если не сложится с тем самым бизнесменом-фрицем, то упускать довольно денежного клиента в виде Влада станет неразумным. Но Токарев очень надеялся на то, что жених из Германии с крючка не слезет.

— Я очень часто нас вспоминаю, — продолжила Ульяна, подойдя к нему сзади.

Она положила руки на его плечи и стала разминать. Совершенно неуместный жест, надо сказать. Такой же, как и ее признание.

В отличие от Ули, если предположить, конечно, что она не лгала, Владлен совершенно не испытывал к ней никаких чувств. Она была лишь очередной его шлюхой и только. Но ругаться с ней — себе дороже.

— Милая, я думаю, что будет самым верным, если ты просто выйдешь замуж, а я просто продолжу свою семейную жизнь, — мягко сказал он. — Я тоже очень часто нас вспоминаю… — начал Владлен, желая присовокупить к этому что-то вроде «но сейчас не время проявлять свои беременные нежности», однако прибавить ничего не успел.

Дверь в его кабинет снова распахнулась (проходной двор какой-то!) и на пороге появилась Варя. Черт побери! Только не это! Только не в тот момент, когда он стал налаживать с нею отношения. И ведь действительно не только думал, что его полностью устраивает отсутствие в жизни измен, но и начал проникаться семейными ценностями.

Это чувство однажды притупилось, а сейчас, когда Варя показывала ему, насколько привлекательная женщина жила рядом с ним, он вообще не хотел ничего менять в том, к чему пришел, когда его поймали на изменах. Больше никаких других баб, по крайней мере, пока.

И ладно бы жена застала их за простой беседой, но не во время же массажа!

— О, у тебя тут важное совещание, как я посмотрю, — хмыкнула Варвара, когда Ульяна, как и полагается умным шлюхам, быстро от него отошла. — Та самая беременная девица, которая выходит замуж. Я поняла.