Книга Слишком хорошая жена, страница 10 – Амина Асхадова

Снег скрипит под подошвами, где-то лает собака, и, кажется, из окна соседского дома пахнет жареным луком.

И вдруг я чувствую…

Чувствую, будто за мной следят.

Это ощущение накрывает не сразу. Сначала я чувствую легкое напряжение в плечах. Потом — ощущение, будто за спиной кто-то есть. Я замедляю шаг, почти незаметно, и прислушиваюсь, затем и вовсе останавливаюсь и делаю вид, что поправляю варежку.

Сердце начинает биться быстрее. Я смотрю в отражение витрины небольшого магазина напротив — за мной никого нет. Дорожка пустая.

— Успокойся, — говорю я себе тихо. — Ты просто устала…

Я делаю еще несколько шагов. Чувство не уходит.

Оно не паническое. Не истеричное. Скорее… настороженное. Как внутренний сигнал в организме, который шепчет: будь внимательнее.

Я кладу руку на живот — жест уже привычный, защитный, и в этот момент я слышу голос.

— Ева?..

Я оборачиваюсь.

Передо мной — женщина в темной куртке и вязаной шапке. Секунду я не могу понять, кто это, а потом узнаю.

— Катя?.. — неуверенно говорю я.

Она улыбается широко, почти по-детски.

— Господи, ты совсем не изменилась, — говорит она и делает шаг ко мне. — Я сначала не поверила, что это ты.

Катя.

Мы учились в одной школе. Сидели за одной партой в седьмом классе. Потом она уехала — кажется, в другой город, потом за границу. Мы не виделись лет пятнадцать.

— Ты… вернулась? — спрашиваю я.

— Да, — смеется она. — Вернулась пару лет назад. Родители стареют, знаешь… А ты?

Я пожимаю плечами.

— Я временно у родителей. Мы вместе отмечали Новый год.

Мы идем рядом, будто и не было этих лет между нами. Я ловлю себя на мысли, что мне приятно отвлечься и поболтать ни о чем.

— Ты замужем? — спрашивает она.

Я выдыхаю.

— Была. Мы развелись.

— Иногда так бывает, — говорит она спокойно. — Я тоже развелась. Главное — не потерять себя и жить дальше.

Я улыбаюсь. Слабо, но искренне.

— Я как раз этим и занимаюсь.

Мы доходим до скамейки в сквере, которую мы ставили вместе с Мироном, и садимся на нее, стряхивая снег.

— Знаешь, — говорит Катя после паузы, — я когда-то думала, что если мужчина уходит — значит все, жизнь закончилась. А потом оказалось, что это просто… поворот в совершенно другую сторону.

Я киваю.

— Согласна…

В этот момент я снова чувствую это.

Взгляд… чужой, липкий…

Я медленно поднимаю глаза и смотрю в сторону парковки. Между машинами стоит мужчина. Высокий, в темной куртке — он будто бы просто стоит, но его взгляд направлен в нашу сторону.

Наши глаза встречаются — и он тут же отводит глаза.

Слишком резко.

— Катя, — тихо говорю я. — Странный какой-то мужчина, да?

— Ага… Пойдем в сторону дома?

Я киваю, и через несколько минут возле дома мы прощаемся. Она записывает мой номер, обещает созвониться, и уходит к себе. Я стою на месте еще несколько секунд, оглядываюсь и уже тянусь к калитке, когда слышу за спиной голос.

И это оказывается не Катя…

— Ева.

Меня окликает женщина.

Ее голос ровный, хорошо поставленный, с той интонацией, в которой всегда есть уверенность — даже наглость.

Я замираю, уже подкоркой сознания понимая, кто это.

Даже не зная эту женщину! Я уже чувствую, кем она приходится…

Мои пальцы все еще лежат на холодном металле ручки, а внутри будто что-то сжимается в тугой узел. Я не оборачиваюсь сразу. Мне нужно полсекунды, чтобы собрать себя, чтобы не показать, что этот голос меня задел.