Книга Мастер Ночи и белая кошка, страница 192 – Дарья Нико

Больно.

Даже от такого едва заметного касания.

Тело, испытавшее перенапряжение, пропустившее через себя слишком большое количество магической энергии, обостренно реагировало на все.

До него сквозь звон в ушах донесся глубокий вздох девушки.

Обидится? Хард…

— Тебе больно, — утвердительно заявила Эрфарин, и в ее голосе отчетливо звенела тревога. — Не знаю, в чем необходимость доводить себя до такого состояния, но раз уж надо, то давай ты хотя бы не будешь противиться помощи. Тебе нужно присесть.

Она сильнее вцепилась в его руку и принялась упорно тянуть за собой.

Дархад вынужденно покорился ее воле и позволил провести себя через зал и усадить на стул. Эрфарин пододвинулась ближе к супругу и принялась переживать.

Он это понял по ее дыханию и некой напряженности, что вилась вокруг стройной фигурки. Так как перед глазами стало проясняться, он рассмотрел еще и поджатые губы и характерную складку между бровей.

— Говорю же, сейчас пройдет.

Супруга шумно выдохнула.

Ее взгляд скользнул по рукам Мастера Ночи, и она заметила, как он характерно сжимает и разжимает кулаки.

— У тебя судороги от перенапряжения.

— Ничего. Иногда бывает.

— Так не пойдет.

Эрфарин поднялась, обошла мужа с одной и другой стороны, слегка прикасаясь к его плечам.

Дархад даже шею вывернул, чтобы попытаться посмотреть на нее. Но девушка схватила его голову ладошками и повернула так, чтобы он смотрел ровно перед собой.

— А что ты собралась делать? — осторожно спросил Мастер Ночи.

Она аккуратно прикоснулась к его плечу. Потом стала прощупывать всю руку вплоть до кисти.

— Будет слишком больно — скажи, — строго произнесла жена.

Эрфарин принялась разминать его мышцы. Очень чутко. Словно бы могла слышать их сокращение и ток самой крови. Он, скосив глаза вбок, наблюдал за тем, как по нему порхают изящные женские пальчики, с изумлением. Хотя пришлось признать и то, что в женских руках тоже обнаружилось достаточно силы.

А потом из артефакта хранения супруги появились иглы. Тонкие длинные иглы. Таких Дархад у нее еще не видел.

— Эм, решительная моя, а что?..

Игла резко вошла в надплечье, вызвав горячую волну тепла, распространившуюся по коже. Затем иглы стали последовательно входить в только Эрфарин ведомые точки на руке: в плечевой сустав, плечо, предплечье и запястье. То же самое повторилось и со второй рукой.

Девушка, сосредоточенная на работе, не замечала, с каким интересом Мастер смотрит на нее.

Эрфарин пустила через иглы собственную энергию. Это не было способом исцеления или настоящего лечения, но все-таки умерить давление силы Ночи она могла.

Дархад действительно начал чувствовать облегчение. Та боль, что сначала выкручивала его так, что даже в лопатки отдавала, стала стихать.

— Откуда ты такое умеешь? — спросил он.

— У фатрис часто болят руки, — призналась Эрфарин. — Издержки профессии. Приходится осваивать разные методики и для самолечения, и для помощи соратникам.

Вскоре боль совсем стихла. Девушка аккуратно вынула все иглы и спрятала их в своем артефакте. Мастер Ночи поднял и опустил руки, убеждаясь, что его больше не мучают неприятные ощущения.

— Спасибо.

Эрфарин лучезарно улыбнулась.

— Я хотела бы сказать тебе быть осторожней, но, видимо, ты трудишься над чем-то особенным.

Взгляд Мастера Ночи метнулся к рабочей стойке.