Книга Попала в книгу Главной злодейкой, страница 17 – Елена Звездная

Прическу мне заявилась делать фрейлина, но… помнила я ту прическу. Она такая была — с секретом. Там все держалось всего на одной единственной шпильке с жемчужиной, а как только ее вынешь, водопад сверкающих золотых волос до пояса оп и рассыпался. А я была против. Так что как только фрейлина, сделав свое поганое дело, скрылась за дверью, я открыла ящик со шпильками. И запихала в волосы все, вообще все что были. И никакого вам теперь разврата!

А потом, так как мне все равно было страшно, тихо спросила:

— Йоли, а что у нас есть из успокоительного?

Верная служанка мигом достала из нижнего ящика бутылку вина и два серебряных бокала. Надо же, а неплохо так, точнее даже — хоть что-то хорошее.

— Вкусненькое? — спросила с придыханием.

— Вкусненькое, — заверила Йоли.

С пятого бокала я успокоилась полностью. И хорошо так стало. И даже не совсем страшно, а может и вовсе не страшно. И прическа — вот это я понимаю подготовка к боевым действиям. Волосы были закреплены так, что даже если меня перевернут вверх ногами и начнут трясти, ни одна прядка не шелохнется. Идеально!

— Ну, с богом… или кто тут у них за главного, — выдохнула я, глядя в зеркало.

Из зеркала на меня взирала обалденно красивущая девушка. Черное кружево под сапфировым платьем смотрелось… траурно. Словно я заранее оплакивала свою спокойную жизнь. Но зато никакой обнаженки. Если Император захочет что-то увидеть, ему придется продираться через три слоя ткани и моральные принципы, которые я отрастила за последние два бокала.

Мы вышли в коридор. Йоли семенила следом, нервно поправляя мой плащ.

— Госпожа, вы уверены, что шпилек достаточно? — шепотом спросила она.

— Йоли, там металла больше, чем в доспехах у стражи.

Путь до бального зала я преодолела в состоянии блаженного пофигизма. Лакеи распахивали двери, музыка гремела, сотни свечей сияли, отражаясь в драгоценностях придворных.

И вот оно. Главный вход. Глашатай набрал воздуха в грудь, чтобы объявить о моем прибытии, но поперхнулся, увидев мое закутанное в плащ тело.

— Ллледи Лириэль! — все-таки выкрикнул он, но как-то неуверенно.

Я вошла. Сотни глаз уставились на меня. Тишина повисла такая, что слышно было, как где-то в углу муха предвкушающе потирает лапки. Я шла с гордо поднятой головой, чувствуя тяжесть прически (шея уже начинала ныть) и плаща.

В центре зала, на возвышении, восседала тетушка. Гораздо выше нее, на троне, сидел Он. Император. В черном мундире с серебряной вышивкой, он выглядел как повелитель тьмы, решивший заглянуть на утренник в детский сад, чтобы всех сожрать и не подавиться.

Его взгляд мгновенно нашел меня. И, клянусь, температура в зале упала градусов на десять.

Я подошла, сделала книксен (насколько позволяла конструкция платья и зажатость мышц).

— Приветствую, Ваше Величество вдовствующая императрица. Благополучия и долгих лет царствия, Ваше Величество Император.

Вдовствующая императрица прищурилась.

— Лириэль, дитя мое, почему ты в дорожном плаще? Сними его немедленно, бал уже начался.

— Мне холодно, тетушка, — жалобно пропищала я. — Сквозняки…

— Сними! — рявкнула она, теряя терпение.

Ну, была не была. Я развязала тесемки. Плащ соскользнул на пол, открывая мое творение. Сапфировое платье, из-под которого глухо торчало черное кружево, закрывающее ключицы, шею, руки до запястий и вообще все, что только можно.