Книга Ненужная жена. Хозяйка яблоневого сада, страница 43 – Алиса Князева

Его слова отскакивают от меня, не находя отклика. Нет ни облегчения, ни ужаса. Только пустота. Я — всего лишь более удобная версия неугодной невесты. Инструмент. Игрушка.

— Так что, — он протягивает руку, как будто предлагая заключить сделку, — не трать силы на угрызения совести. Лучше сосредоточься на своём задании. Мне не терпится увидеть, как ты будешь с ним справляться.

Он подходит ещё ближе, и его палец легонько проводит по моей щеке. Я вздрагиваю, но не отстраняюсь. Парализована.

— Начни, например, с того, — его шёпот снова обжигает ухо, — чтобы перестать смотреть на меня, как на монстра. Я ведь всего лишь твой… муж. Стремящийся к взаимности.

Вдруг по телу разливается странное, предательское тепло. Низ живота сжимается, по коже бегут мурашки, а между ног возникает навязчивая пульсация. Что за чёрт? Откуда это? Я смотрю на его самодовольную ухмылку, на эти золотые, хищные глаза, и ненавижу его ещё сильнее. Я ненавижу его за каждое слово, за игру, за то, что он стоит здесь, в моём убежище, и чувствует себя хозяином.

Но это тепло… Оно растёт, становится всё навязчивее, затуманивая ярость липким, постыдным желанием. Мне вдруг хочется, чтобы его руки не указывали на меня, а касались. Чтобы его насмешливый голос стал низким и ласковым. Это отвратительно. Это не моё.

И тут до меня доходит. Медленно, как ледяная глыба, обрушивается в самое нутро.

Это он.

Я поднимаю на него взгляд, и в моих глазах, должно быть, читается не просто гнев, а ошеломлённое прозрение.

— Ты… —голо с срывается. — Ты используешь магию. Прямо сейчас. На меня.

Он не отрицает. Его улыбка лишь становится шире, обнажая идеальные зубы. В его взгляде — торжество.

желатьхозяинаведьчастьуговоратакдолжнавлюбитьсячтоестьлюбовьжеланиеабсолют— Немного, — он делает шаг вперёд, и волна этого порочного жара накатывает с новой силой, заставляя меня непроизвольно выдохнуть. — Твоё тело будет реагировать на меня само по себе, но сейчас оно просто… учится желать своего хозяина. Это ведь часть нашего уговора, не так ли? Ты должна влюбиться. А что есть любовь, как не желание, возведённое в абсолют?

Он протягивает руку, и я чувствую, как всё внутри сжимается в ожидании его прикосновения, даже когда разум кричит от отвращения.

— Расслабься, Александра, — его шёпот обволакивает, как тёплый мёд. — Просто прими, и это упростит жизнь нам обоим. В конце концов, сопротивление только усиливает удовольствие. И для меня в том числе.

Тепло нарастает, липкой паутиной опутывая разум.

Оно шепчет: «Сдайся. Это проще. Это даже… приятно». Но я впиваюсь ногтями в ладони, пока боль не прорезает этот опьяняющий туман. Нет. Чёрт возьми, нет!

Я делаю шаг назад, натыкаясь на край стола, и выпрямляюсь, глядя на него с вызовом.

— Прекрати, — мой голос дрожит от напряжения, но звучит твёрдо. — Я знаю, что твой порок — похоть. И что секс тебе не помогает. Не сбрасывает негатив. Тебе нужна… любовь. Настоящая, — почти выплёвываю это слово. — А то, что ты делаешь сейчас… это не путь к любви. Это путь к изнасилованию. И ты стреляешь себе в ногу, пытаясь добиться меня таким образом. Ты только отталкиваешь.

Он замирает. Насмешка на его лице на мгновение застывает, а затем сменяется… раздражением? Он закатывает глаза с таким театральным вздохом, будто я только что испортила ему самое интересное развлечение.