Книга Ненужная жена. Хозяйка яблоневого сада, страница 98 – Алиса Князева

Тарос. Он здесь. Дома. И не просто присутствует, а… помогает. Вернее, делает вид, что помогает, но делает это с такой самоотдачей, что я сомневаюсь в его актёрских способностях.

Он таскает тяжёлые ящики с отборными яблоками, закидывая их в телегу с такой лёгкостью, будто они набиты пухом. Его рубашка, изначально аккуратная, давно распахнулась, открывая взгляду загорелую, блестящую на солнце кожу, рельеф мышц спины и живота, которые играют при каждом движении. Он смеётся, перебрасывается шутками с возчиком, и каждое его движение — это чистая, неприкрытая… демонстрация мужской силы и здоровья. Присутствия.

«Нужно радоваться, что на такую работу не нанимают женщин, — думаю я, чувствуя, как тепло разливается по щекам. — Иначе ни одна телега сегодня не сдвинулась бы с места».

Это сейчас — обычная картина. Он проводит дома куда больше времени. Не всегда, конечно. Дипломатические миссии, дела ларианов, обустройство новых границ Штормлара — всё это требует его внимания. Но теперь он возвращается. И не с пустыми руками, а с какими-то диковинными семенами для сада, которыми поделилась с ним Вивиан, жена лариана гнева, новой книгой, или просто с историями, от которых мы потом хохочем с Хло до слёз.

Я ловлю его взгляд через двор. Он замечает меня на крыльце, и его улыбка становится шире, чуть хищнее, как будто он читает мои мысли. Машет рукой, кричит что-то неслышное из-за шума, и я просто качаю головой, скрывая улыбку. Безнадёжный.

— Миледи, — тихий, почтительный голос за спиной заставляет меня обернуться. Одна из служанок, кланяется. — Прибыл… гость. Его Величество Король.

Это заставляет вздрогнуть. Лианор? Здесь?

Я киваю, сглатываю неожиданную сухость во рту и сглаживаю подол простого домашнего платья. Не самое подходящее одеяние для приёма монарха, но что есть.

Выхожу в холл. Король уже стоит там, один, без свиты, созерцая старую картину, которую мы нашли во время ремонта и повесили здесь. На ней приятный пейзаж, который, как мне кажется, писали прямо здесь, где-то в яблоневом саду во время цветения. Он одет просто — тёмно-синий камзол без вышивки, практичные сапоги и оттого кажется… более человечным. Как тогда, когда его светлая половина схватила кисть и красила стволы деревьев.

Он поворачивается, услышав шаги. Ярко-голубые глаза находят меня.

— Леди Александра, — его голос по-прежнему звучит ровно и мягко, но в нём нет той ледяной, сковывающей ауры. — Прошу прощения за внезапность.

Мне немного неловко было брать на себя имя Элианы, так что я приучила всех своих знакомых пользоваться моим привычным именем. Кажется, оно здесь прижилось.

— Ваше Величество, — делаю реверанс, насколько позволяет простая одежда. — Всё в порядке. Не ожидали увидеть вас здесь. Позвольте предложить вам чаю? В доме прохладно.

Он кивает, и мы проходим в маленькую, уютную гостиную, выходящую окнами в сад. Я быстро отдаю распоряжения насчёт чая и угощений, а сама сажусь напротив короля, чувствуя странное нервное напряжение.

С Лианором мы почти не разговаривали с глазу на глаз. С момента его… объединения. Все теперь так и называют тот день, когда тьма и свет внутри него нашли хрупкое равновесие, прошёл почти год. Мы виделись на советах, на приёмах. Но вот так, неформально — никогда.