Книга Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта, страница 27 – Алиса Князева

Тень подходит ближе.

— Доверься мне, — её голос спокоен и уверен. — Ещё немного, и мы увидим огни.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Воздух пахнет сосновой смолой, влажной землёй и… дымом? Да, это определённо дым! Облегчение накатывает внезапной волной, и я ускоряю шаг, почти переходя на бег.

Лес редеет, деревья расступаются, и перед нами, наконец, открывается вид на маленькое поселение. В лунном свете видны тёмные силуэты домов, прижавшихся друг к другу, словно испуганные овцы в стаде. Ни одного огонька в окнах — весь посёлок погружён в сон.

— Пришли, — выдыхаю я с облегчением и одновременно с новой тревогой. — Боже мой, спасибо тебе, Тень. Но все уже спят…

Я останавливаюсь на краю поселения, не решаясь идти дальше. Мой взгляд падает на ближайший дом — простая деревянная постройка с соломенной крышей и небольшим крыльцом. Он выглядит приветливее остальных, или, может быть, мне просто так хочется думать.

— Что теперь? — спрашиваю я Тень, хотя прекрасно понимаю, что решение должна принять сама.

— Придётся кого-то разбудить, — отвечает она, присаживаясь рядом со мной. — Другого выбора нет.

Я киваю, собираясь с духом. Мы обе слишком устали, чтобы возвращаться, да и слишком голодны, чтобы думать ясно. Если этот дом не приютит меня, придётся стучаться в следующий… до тех пор, пока кто-нибудь не смилостивится.

Медленно подхожу к первому дому и поднимаюсь на скрипучее крыльцо. Сердце колотится так громко, что, кажется, его стук разбудит всю деревню раньше, чем я постучу.

Три отрывистых удара в дверь кажутся оглушительными в ночи. Я жду, переминаясь с ноги на ногу, вслушиваясь в тишину дома. Ничего. Я стучу снова, теперь сильнее, с отчаянием человека, у которого нет запасного плана.

За дверью раздаётся шорох, потом тяжёлые шаги, и моё сердце подпрыгивает к горлу.

— Кого там нелёгкая принесла посреди ночи? — раздаётся грубый, хриплый со сна мужской голос.

Дверь резко распахивается, и я невольно отступаю на шаг. В дверном проёме стоит мужчина — высокий, широкоплечий, со всклокоченными седеющими волосами и густой бородой. В руке у него масляная лампа, свет которой падает на его лицо, делая его черты резкими, почти угрожающими. Морщины прорезают его лоб и уголки глаз. Ему, должно быть, около пятидесяти.

— Я… простите за беспокойство, — голос звучит слабо и неуверенно. — Я путешественница, заблудилась… мне нужен ночлег.

Его взгляд становится острым, изучающим, и я чувствую себя насквозь просвеченной. Он осматривает меня с головы до ног — моё грязное, измятое платье с прилипшими листьями, растрёпанные волосы. Потом его взгляд падает на Тень, которая неподвижно сидит у моих ног.

— Путешественница, значит, — в его голосе слышится недоверие. — С котом. Посреди ночи.

— Я могу заплатить, — поспешно добавляю я, касаясь серьги. — За ночлег и еду.

На его лице мелькает что-то похожее на интерес, и я понимаю, что совершила ошибку, упомянув деньги. Тень напрягается, чувствую даже не глядя на неё.

— Послушайте, я… я просто ошиблась, — бормочу я, отступая ещё на шаг. — Не стоило вас беспокоить. Я поищу другое место.

Я разворачиваюсь, готовая сбежать, но его голос останавливает меня:

— Постойте, девушка. Куда же вы в такую темень?

Голос неожиданно меняется — становится мягче, почти отеческим. Я оборачиваюсь и вижу, что его лицо тоже преобразилось. Теперь он улыбается, и эта улыбка трансформирует его суровые черты, делая их почти добродушными.