Книга У(лю)бить дракона, страница 51 – Александра Гусарова

— Дважды в год, когда все же приходилось ехать к родителям, — я неопределенно повела плечом. Быть наследным принцем драконов — это еще ничего не значит. Живут они очень и очень долго. Иногда дети успевают состариться к тому моменту, когда родители решают передать престол. Им тогда уже ничего не нужно. Просто не хочется менять привычный образ жизни. И тогда на престол восходят внуки. А раз внуков нет, то и перспектив может не быть вообще. — Но откуда эта божественная пища в твоей столовой?

— Я же сказал, что из императорской кухни. У меня, знаешь ли, есть некоторые обходные маневры, как туда проникнуть. Каждый день пользоваться пространственными карманами я не могу. Совесть не позволяет. Но удивить понравившуюся девушку изредка я могу! — мужчина горделиво посмотрел на меня. А мне пришлось сжать зубы. Когда у тебя мохнатые уши, цыплячья шея и кончик носа ниже рта, такое выражение лица выглядит, как минимум, комично. Но он назвал меня «понравившейся девушкой»! Я на правильном пути.

— Жаль, — покачала головой в ответ.

— Жаль? Чего?

— Все же придется тратить алмазы, чтобы купить скатерть-самобранку. Я решила, что хватит прикидываться поварихой, пока я еще чего-либо не натворила и не прикончила нас с тобой.

— Тогда еще возьмем крутящиеся чаны. Один для стирки белья, а второй для мойки посуды, — тут же предложил хозяин дома. Я конечно, не возражала. Но до меня только что начало доходить, что про стирку я даже не задумывалась. Ладно, мое исподнее. Но прачки же и мужские кальсоны стирают? Ни разу мужика с корзиной белья видеть не приходилось. И с сомнением посмотрела на подштанники Бомбардилла, выглядывающие из-под его засаленной куртки.

Остаток вечера мы провели, можно сказать, приятно. На сытый желудок многие вещи кажутся занятнее и веселее. А когда пища божественная, то начинаешь не только мириться с судьбой, но иногда и восторгаться ею. В этот момент я практически простила Арини. Но ровно до той минуты, пока не проголодаюсь снова.

Закончив трапезу десертом из ароматного какао и шоколадных кексов с изюмом, я поняла, что не была так счастлива лет десять точно. Когда это достается лишь по мановению руки, оценивается немного под другим углом зрения. Отодвинув от себя чашку и блюдце, я блаженно выдохнула, незаметно вытянула ноги под столом, скинув туфли, и прикрыла веки, наслаждаясь внутренним покоем.

— Десять алмазов за твои мысли! — знакомый голос возле уха чуть меня не напугал. Я вздрогнула и резко распахнула глаза.

— Грах тебя побери! — недовольно фыркнула на мусорщика. — Ты меня напугал. Но за двадцать алмазов, так и быть, прощу.

Он как-то сразу потемнел лицом, прищурился и аккуратно так, словно боялся оскорбить или спугнуть важную птицу, протянул:

— И зачем тебе нужна подобная сумма?

— Мне? Если будешь так кормить и подкидывать по паре килесков на наряды, то ничего не нужно. Но сам же пообещал купить вращающиеся чаны. А знаешь, сколько они стоят? — погрозила ему пальцем. Я слышала от прислуги еще в доме Азардина, что это последнее слово магии безумно дорого.

Александр, когда его лицо принимало растерянное выражение, выглядел очень забавно. Не вязался пугающий внешний вид с подобными эмоциями:

— Честно? Ни разу не покупал, — покачал он головой. — Неужели моих денег может не хватить?