Книга У(лю)бить дракона, страница 52 – Александра Гусарова

— Вот и я ни разу не брала, — резюмировала я. — И без понятия, сколько с нас могут взять.

Но потом вспомнила огромные суммы, которые он давал жителям на свое обслуживание и содержание. И втайне понадеялась, что, возможно, хватит. Однако Бомбардилл вдруг возмутился:

— Рига, я вообще-то сказал, что алмазы для тебя. Вот и изволь их тратить на собственное содержание. А чаны и скатерть я куплю на собственные деньги. Сказал же, что пойдем завтра вместе.

— Как прикажете, терано! — изобразила книксен в ответ. Возможно, он вышел кривым. Аристократки так не нажираются, чтобы корсет держался на честном слове и был готов лопнуть в любую минуту. Однако я ни разу в жизни не делала этот незамысловатый поклон с таким удовольствием. Еще раз повторю, что все в этом мире познается в сравнении. И даже уродливая внешность и сиплый голос иногда могут показаться знаками рая.

Следующее утро началось с приятного завтрака из объедков вчерашнего стола. Не поймите слово «объедки» буквально. Это было нарезанное мясо, несколько сортов сыра и ароматного хлеба. Я вечером все прикрыла полотенчиком, чтобы не заветрилось.

А еще я знала, что, если с вечера цветы завяли, нужно приказать служанкам положить их в холодную воду на полчаса. Съедобные травы — те же цветы. И я их кинула в таз и залила водой.

С мясом и сыром что-то делать не рискнула. В моем исполнении получилось бы лишь испортить. А вот про хлеб я знала, что его можно подсушить на решетке барбекю. И тогда корочка станет вновь хрустящей, а запах — насыщенным.

Перебрала имеющиеся в наличии сковороды. И нашла ту, которая, по моему мнению, должна подойти. Ее дно, не гладкое, а в сеточку, напоминало эту самую решетку. Добавила огонь и поставила на него посудину с хлебом.

Но без грехов не обошлось. Я же была торопыгой. Положила хлеб на холодную решетку. Меня еще папа за это в детстве ругал. Хлеб, естественно, прилип и подгорел. Благо, вошло за раз лишь два куска. Пришлось постараться, чтобы ножом его отковырнуть. Зато последующие уже отскакивали сами, украшенные поджаристой сеточкой.

На ярмарку нужно было выезжать пораньше. Поэтому я встала ни свет ни заря. Бомбардилл появился на кухне ненамного позже. Смешно повел длинным носом и воскликнул:

— Дорогая, ты сумела открыть пространственный карман на императорскую кухню?!

— Я? — сделала изумленное лицо. — Нет, дорогой. Подобными талантами я, увы, не обладаю. Однако подать на стол то, что осталось от ужина, вполне в состоянии.

Даже подбородок задрала от гордости. В этот миг я сама себе напоминала ребенка лет пяти, когда его хвалят за любой пустяк, а ему кажется, что он горы свернул.

Бомбардилл молча застыл перед столом, на котором лежали поджаристый хлеб, нарезка и свежая зелень. Повел носом и все же  полюбопытствовал:

— Тогда откуда у нас на столе свежий базилик? Вокруг замка он, знаю, не растет. А так как зелень очень нежная, то ночь она, точно, не пережила бы. Я что-то о тебе не знаю?

— Александр, — я повернула голову к нему из-за плеча. Именно таким поворотом флиртовали теры на балах с понравившимися мужчинами. И улыбнулась одними уголками губ. — Пусть это останется моим маленьким секретом. Должна же у женщины быть хоть какая-то тайна. И все ты вряд ли про меня знаешь. Но, знаешь, было бы желание!