Книга Дневная жена незрячего Дракона, страница 47 – Хель Сорго

Сандел же, как и следует хорошему слуге, каким-то чудом, несмотря на свою своеобразную ауру и внешность, сделался почти незаметным в этом переполненном купе, а я всё не сводила с графа завороженного, что уж душой кривить, взгляда.

Не зная, что думать и как воспринимать его безумства, чувствовала, что не смогу даже оставшись наедине сказать ему спасибо. Но надеюсь, хотя бы попытка на это у меня будет и нас прямо сейчас не запрут где-нибудь, как главных подозреваемых…

Мне оставалось лишь молить небеса о том, чтобы никто не успел заметить, как дракон вновь принял человеческий облик и проник обратно в поезд! Каковы были шансы, учитывая, что часть паникующих людей, то и дело сновала мимо окон, а другая часть целенаправленно в эти окна смотрела, пытаясь понять, что происходит снаружи?

Из-за этих мыслей я вздрогнула и вскочила на ноги, когда дверь в купе резко открылась.

Но, к счастью, зашёл к нам Карл, один, без толпы желающих скрутить графа, как я уже успела себе нафантазировать.

Он встретил меня недоумённым неприятным взглядом, кривя губы. Вмиг напуская на себя брезгливый вид, подозреваю, из-за присутствия Сандела (происхождение его не по нраву?) и моего растрёпанного вида с тенями под глазами.

— Милит, – прогремел его голос, и бедняжка тоже поднялась, тупя взгляд, – где тебя носит, скажи на милость?! Почему ты здесь, а не со своим мужем, как полагается? В такое время, при таких обстоятельствах! Хочешь, чтобы многоуважаемые господа решили, будто ты не доверяешь мне и ищешь защиты в других?

— А вы бы, – встряла я, не выдержав, прежде чем Милит дала ему ответ, – не отчитывали жену при всех, было бы больше к вашей семье уважения! Раз уж так печётесь о том, кто что подумает.

— Даже при угрозе в виде Эстерхейза, – мрачно добавил Райдо, видимо оскорбившись в свою очередь, что его сделали невольным свидетелем неприятной сцены и растревожили только успокоившуюся в руках малышку. – Вас заботят такие мелочи…

Карл побелел, вытягиваясь и гордо задирая подбородок.

— Прошу прощения, господа. Но порой приходится отчитывать её, как маленькую, прилюдно. Хоть мне и стыдно за неё. Однако это куда действеннее. Быть может, подумает дважды в следующий раз, прежде чем выставлять меня никудышным мужем.

— А где вы были, – выразительно и остро изогнул Райдо бровь, – когда ей пришлось оказаться с посторонними людьми, а не со своей семьёй в минуту смертельной опасности?

Карл открыл было рот, но лишь поперхнулся воздухом, не найдясь, что ответить.

Мой граф, расслабленно и устало сидящий на лавке с разрывающимся от плача ребёнком, смотрящий на Карла снизу вверх, выглядел куда более достойно, чем этот холодный и статный мужчина, кривящий в презрении тонкие губы.

— Дорогой, – Милит, похоже, всё ещё надеялась как-то спасти ситуацию и взяла мужа за локоть, заискивающе заглядывая ему в глаза, – прошу, уйдём, не будем мешать нашим друзьям. Я случайно оказалась в коридоре рядом, когда толпа ринулась в мою сторону, грозя сбить с ног! Только и всего. Ты в порядке? Не ударился, когда поезд качнуло? Я так испугалась, так испугалась! – зачастила она, лепеча, будто маленькая девочка.

И это, как ни странно, подействовало: Карл, прочистив горло, нехотя буркнул себе под нос извинения. И они покинули, наконец, купе, оставив нас, смущённых и недоуменных, смотреть на захлопнувшуюся за их спинами дверь.