Книга Тьма. Кости демона, страница 111 – Наталья Жильцова

Неужели она родилась только для того, чтобы заменить отца, и Морана смогла забрать его душу?!

В горле встал ком, превращая дыхание в судорожные всхлипы. Аделина не могла, не хотела верить, что ее мечта будет оплачена его жизнью! Слишком жестоко. Слишком несправедливо.

— Не будет этого! Не будет! Слышишь?! – выкрикнула Аделина в пустоту. И, глотая слезы, бегом бросилась к выходу, почти физически чувствуя, как поглощает свою плату колодец.

Коридор расплывался перед глазами, камни под ногами скользили, но она бежала, не останавливаясь. Прочь от оракула. Прочь от богов. Прочь от проклятой судьбы, которая осмелилась потребовать у нее самое дорогое.

Как Аделина спускалась, она даже толком не запомнила. Очнулась лишь, когда Род обхватил ее за плечи и протянул резко пахнущую травами флягу. И только по инерции сделав пару глотков успокоительного настоя, почувствовала, как боль, усиленная магией Колодца, наконец отступает.

Из груди вырвался судорожный, облегченный вздох.

— Легче? – брат погладил ее по голове. – Значит, он все-таки тебя впустил.

— Да. Но лучше бы нет.

На губах Рода проскользнула грустная, понимающая улыбка:

— Все так говорят после возвращения оттуда. И я не был исключением. Однако оракул указывает путь, пройдя по которому ты точно получаешь желаемое.

— Вот только цена за этот путь может оказаться слишком велика, – тихо произнесла Аделина.

— Может, – не стал спорить брат. – Поэтому только тебе решать, готова ли ты ее заплатить.

Цена… смерть отца. Слезы матери и сестры. Сможет ли она жить и радоваться жизни после этого?

Аделина подняла на него мутный от слез взгляд и прошептала:

— Я не готова.

Обратную дорогу до точки перемещения провели в молчании. Родрик несколько раз бросал на Аделину обеспокоенные взгляды, но не задал ни одного вопроса, словно понимал, что та не готова говорить.

Сама же Лина просто старалась ни о чем не думать и хоть немного прийти в себя. Даже несмотря на успокоительную настойку расшатанные магией Колодца Скорбящих эмоции нет-нет, да и накатывали волнами отчаяния. Впрочем, эмоции – не самое страшное. Куда страшнее выбор без выбора.

В открытый Родом портал Аделина входила с тяжелым сердцем, а через мгновение уже стояла в кабинете отца под его оценивающим взглядом.

— Значит, оракул тебе все-таки открылся, – едва заметив припухшее от слез лицо дочери, ровно констатировал Анхайлиг. – Ну и как все прошло?

Аделина заставила себя выпрямиться и тихо произнесла:

— Ты был прав, папа. Другого выхода нет.

Она ждала укоров и нотаций, но отец, принимая ответ, лишь качнул головой.

— Что ж… предсказуемо. Иди отдыхай, – спокойно произнес он и перевел взгляд на Рода: – А ты задержись. Раз уж появился, надо кое-что обсудить.

Едва сдержав вздох облегчения от того, что избежала расспросов, Аделина поспешно вышла. Ей необходимо было остаться одной.

Увы, но даже это ее желание не исполнилось. Едва она вернулась в свои покои и отослала камеристок, дверь снова открылась, впуская маму.

Наталия Карминская выглядела крайне встревоженной.

— Я увидела, что ходила к Колодцу Скорбящих, – с порога выдохнула она. – И даже не предупредила меня!

— Ходила. Но лучше бы нет, – произнесла Аделина с абсолютной искренностью, а затем, понурив голову, добавила: – Прости. Это папа настоял на том, чтобы я смолчала. Сказал, что нервировать тебя зря не хочет.