Книга Коллекционер, страница 65 – Ольга Которова

— Решила пересмотреть фотографии? – раздалось сбоку, и она подняла на Никонурова взгляд, отрываясь от фотоальбома.

— Да, – кивнула Мила.

Так сложилось, что у нее не было ни одной фотографии родной матери. Зато у Кирилла Геннадьевича их оказалось полно. Они ведь были лучшими друзьями и оставались ими до самой смерти матери.

Мила перелистывала страничку за страничкой, рассматривая снимки: сперва Кирилл Геннадьевич в младенческом возрасте, потом утренник в детском саду, первый класс и институт. Мила замерла над снимком, который возник очень неожиданно. Молодая красивая девушка не больше шестнадцати лет стояла, расправив руки в стороны, словно ангел – крылья, и улыбалась. Темные волосы каскадом спадали по ее плечам, а подол синего сарафана взметнулся от порыва ветра. Это была мать Милы, на которую она была похожа как две капли воды. Такие же темные волосы и светло-серые глаза. В детстве Мила редко видела мать такой радостной. От этой же фотографии исходил свет и счастье. Ее мать мало улыбалась, а когда она ударилась в религию, так вообще перестала этого делать. Ходила, постоянно поникшая, погруженная в свои мысли. Мила никогда не знала своего отца. Она много раз пыталась выспросить эту информацию у Кирилла Геннадьевича, мужчина только пожимал плечами, но Миле почему-то казалось, что он прекрасно знает, кто он, только по какой-то причине не говорит.

— Красивая она здесь. – Тихо проговорила девушка, провела по изображению матери пальцами и почувствовала на подушечках тепло, словно она дотрагивалась до ее кожи, а не до прохладного куска фотобумаги. И от этого ощущения пробрала дрожь, а сердце отчего-то бешено заколотилось. Мила повела плечом, словно ощутив, что кто-то на него положил невидимую ладонь.

— Да. Нам тогда по шестнадцать было. Эта фотография была сделана на день рождения Машеньки, – хрипловатым голосом проговорил мужчина. Лидия Романовна молча поднялась со своего места и прошла к шкафу, достала три кружки, столько же тарелок для пирога и расставила их на столе.

— Я помню ту историю, как вы познакомились, – слегка рассмеялась Мила. – Обожаю ее. Расскажи еще раз!

Глаза Кирилла Геннадьевича будто засветились, он широко улыбнулся и согласно кивнул.

— Мы с родителями только из севера переехали в столицу. Отца по работе перевели. И я пошел в новую школу. И вот, первый мой учебный день в седьмом классе. Я пришел, думая, что сейчас заведу новых друзей, но не тут-то было. Меня почему-то сразу же невзлюбили. Не знаю, что было тому причиной, но стоило войти в класс, как тут же стали смеяться надо мной парни и шутить. А на перемене забили меня в угол в туалете и хотели отобрать портфель и забрать карманные деньги, что дала мне мать, но тут неожиданно и смело в мужской туалет зашла твоя мама и спасла меня. – Мужчина громко рассмеялся в голос, заставив и Милу заулыбаться от этой картины. – Представляешь? Девчонка открыла дверь с ноги и посмотрела та-аким зверским взглядом на кучку этих парней, что парочка из них сразу же поняла, лучше с этой ненормальной не связываться, а другие, которые были смелее, все же остались, но лучше бы этого не делали. Кто ж знал, что твою маму ее отец, твой покойный дедушка, карате учил.

— Мама знала карате? – У Милы от удивления глаза расширились. – Ты раньше этого не говорил.