Онлайн книга «Предел терпения»
|
Чего не скажешь обо мне. * * * Из ступора меня вывели голоса детей: — Мама, мама, поехали! Я обнаружила, что все еще нахожусь на парковке у почтового отделения и мне нужно отвезти нас домой. А вот когда я окажусь дома и останусь одна, придется прочитать твое письмо. Конечно, о том, чтобы рассказать мужу о письме из женской тюрьмы, написанном вовсе не умершей матерью, не было и речи. Но где мне взять одиночество в нашем доме? Дети заполняли собой каждый уголок пространства, каждое мгновение тишины. Прелести материнства – когда в доме непрерывно что-то происходит. Холодный ужас угнездился у меня в груди на привычном месте. По крайней мере, теперь, когда такое случалось, я знала, что не умираю от разрыва сердца; виной всему дикая, неконтролируемая тревога. Но тело все равно реагировало чрезмерно, нога слишком сильно давила на газ, перед глазами все расплывалось. Как ты узнала, что я жива, дорогая родительница? И что тебе от меня надо? Но долго предаваться размышлениям не получилось, потому что теперь Ларк завыл, оплакивая упавшую на пол книжку с Гровером на обложке: — Дай! Дай мне книжку! Книжку-у-у! Я повернулась, неловко изогнувшись, чтобы достать ее, и сунула ему в руки, мельком взглянув на красное опухшее лицо. Он выглядел точь-в-точь как мой отец. Когда щипал сестру, когда сжимал маленькие ручки в кулачки, когда, глядя на меня широко раскрытыми глазами, говорил: «Я люблю тебя». Это превратилось в жизненную миссию: замечать в характере детей малейшие намеки на будущую склонность к насилию и пресекать ее всеми доступными способами: рисуя с ними колесо эмоций, убеждая, что слезы – это нормально, бесконечно повторяя: «В нашей семье не принято драться». А у дочери, которая сейчас почему-то кричала: «Стой! Стой! Стой!» – одно лицо с тобой, вы похожи как две капли воды. У вселенной отличное чувство юмора. — Что? – спросила я, поворачиваясь к дороге. Но было уже поздно. Я резко ударила по тормозам, все полетело вперед, и мы врезались в машину перед нами. * * * Целы? Все целы? Скорее проверить! Я просканировала взглядом тела детей: — Все хорошо? Не ушиблись? Я подумывала уехать с места происшествия – момент для того, чтобы попасть в аварию, был самым неподходящим, – но потом поняла, что врезалась в одинокую женщину. Я последовала за ней на соседнюю улицу. Только полностью остановившись, я обратила внимание на саму машину, старый «шевроле» небесно-голубого цвета в безупречном состоянии. Мой отец знал о машинах всё: каждого производителя и каждую модель. Поразительно, как прекрасно был устроен его мозг. Я заглушила двигатель и вышла. С детьми на первый взгляд все было в порядке. А вдруг нет? Правда, я ехала не слишком быстро. Черт, черт! Женщина выбралась из недр голубой, обтянутой кожей пещеры. Это была ты? Волосы, закрученные на макушке, отливали тем же ярким оттенком меди, в который ты красила свои. Но женщина на вид была моложе, хотя я бы затруднилась определить возраст, где-то в промежутке от двадцати пяти до тридцати пяти. Расклешенные «левайсы», укороченный топ. Такой же плоский, как у тебя, живот, даже впалый на самом деле, и что-то похожее в движении длинных, красиво очерченных рук. Воспоминания окутали меня, напомнив твои объятия; как же я любила тебя обнимать, хотя ты и была «мешком с костями» – так тебя называл отец. Я часто принимала посторонних женщин за тебя, дорогая родительница. |