Книга Домой приведет тебя дьявол, страница 89 – Габино Иглесиас

— Raulito, Manuel, traigan a la bruja y a Rodolfo^[248].

Что-то шевельнулось в воде, подняло брызги. Этот звук заставил меня оторвать глаза от Дона Васкеса и посмотреть в бассейн. Я тут же опознал форму: крокодил. Верхушка его головы торчала над водой, его глаза и ноздри скользили по поверхности воды. Он был громаден.

— Ни хрена себе, так крокодил – это взаправду! – сказал Брайан.

Дон Васкес улыбнулся.

— Они и в самом деле настоящие и обычно довольно голодные.

— На кой хрен вам здесь крокодилы близ вашего клуба? Если вы не возражаете… против моего вопроса… сэр.

Дон Васкес улыбнулся. Брайан явно нервничал. Я хотел, чтобы он заткнулся, черт его побери, и следовал инструкциям. Чем меньше он будет говорить, тем более гладко все пройдет.

— Много лет назад я прочел в газете, что у Пабло Эскобара^[249] на его земле живут гиппопотамы, – сказал он. – Бегемоты глупы и слишком велики, но мне понравилась мысль о содержании экзотических животных. Я стал думать о приобретении тигра или льва, кого-то сильного с мощной пастью, которые могли бы пожирать тех, кто мне мешает, но потом я посмотрел с дочерью документальный фильм и передумал. Фильм рассказывал о том, что у крокодилов есть сыворотка в крови, которая помогает им отражать всякие инфекции. Они могут получать повреждения, но они никогда не болеют. Вы можете рубануть по одному из них мачете, а потом сбросить в эту грязную воду, полную говна, но никакой инфекции у него не возникнет. Мне понравилось это свойство крокодилов. И знаете почему, Брайан? Потому что я подобен этим крокодилам. Я всегда плаваю. Я плаваю в темноте, вокруг говно, но я никогда не болею. Как бы то ни было, я отправил кое-кого из моих людей за границу. Я нашел парня, с которым у меня до сих пор деловые отношения и который мог поставить мне то, что мне нужно. Все животные в этом бассейне поставлены из Луизианы. Вы когда-нибудь были там, Брайан? Там у них много крокодилов. Как бы там ни было, это мои американские работники.

Улыбка Дона Васкеса казалась другой в наружном свете.

— Значит, если крокодилы настоящие, это значит, что истории настоящие? – спросил Брайан, его глаза приклеились к поверхности темной воды.

— И что же это за истории? – Черты лица Дона Васкеса словно перегруппировались. Как и что-то внутри него.

— Ну, понимаете, мы… слышали всякие разговоры, будто людей скармливали крокодилам и все такое. И леди внутри… с большим пистолетом…

— Ла Рейна, – помог я ему. Мне очень хотелось, чтобы он уже заткнулся.

— Да, Ла Рейна сказала что-то, что если мы назовем ее иначе, чем Ла Рейна, то она выстрелит нам в лицо, а потом сбросит сюда.

Дон Васкес рассмеялся. Этот звук никак не соответствовал обстановке, которая нас окружала.

— Ла Рейна определенно выстрелит вам в лицо и сама сбросит вас сюда.

— Это… впечатляет. Мне нравятся женщины, которые могут за себя постоять.

— Самые сильные цветы – те, которые растут между трещин, мой друг, – сказал Дон Васкес.

— А как она здесь оказалась? Если вы, конечно, не возражаете против моих вопросов. Ведь она… она не местная, верно? Вид у нее такой, будто она пришла из кинофильма.

Этот трахаль телячий хотел ее отыметь.

— Ла Рейна приехала в Мексику в поисках работы. Она перебралась сюда, потому что здравоохранение в Штатах – говно. Ей нужно было залечить кое-что, она хотела сделать себе пластическую операцию. Лица – это важно. Я многим людям помогал изменить их лицо навсегда. Иногда ради улучшенной версии, а иногда ради такого лица, которое хочется спрятать. Это зависит от того, что они заслуживают. Как бы то ни было, Ла Рейна хорошо владела оружием, а потому с самого начала ее работы здесь от нее было много шума. Ну, тут понятно – блондинка-гринга, которой мужика убить – плевое дело. Она была бесстрашна, и говорят, что за все это время косметика на ее лице ни разу не пострадала. Вскоре истории про нее стали доходить до меня чуть не каждый день, и тут я решил вмешаться и отправить ее на одно дьявольски опасное задание. Если вернется живой, я ее возьму, если ее убьют… ну, значит, убьют. Кто-то отхапал часть моего продукта на пути отсюда до туннелей, и я попросил ее выяснить, кто это делает. Никакой информации я ей не дал. Неделю спустя она вернулась с видеозаписью на ее телефоне – две крысы грызли мой метамфетамин с молочным порошком. Я спросил, не может ли она решить эту проблему. Два дня спустя она пришла в голубом платье с желтыми цветами, за собой она тащила маленькую тележку с пенопластовым холодильником. В нем лежали головы двух крыс. Она сняла крышку и вытащила их, чтобы я их хорошенько разглядел. Мне понравился ее стиль. Смерть в красивом платье. С того дня она работает у меня. Я обеспечил ей тот медицинский уход, какой она искала. Теперь она заменяет меня в мое отсутствие. Я говорю ей, чтобы она продолжала учить мужчин уважению, потому что уважение – это важно. Вот почему я позволяю Хуанке сделать это: чтобы он мог добиться уважения для своей семьи, для Омара. Она сильно любила Омара, поэтому я знаю: она рада, что вы здесь. Постарайтесь, чтобы так оно и оставалось.