Книга Домой приведет тебя дьявол, страница 96 – Габино Иглесиас

Она с грохотом опустила крышку, заперла ее задвижкой, вставила дужку навесного замка в отверстие крышки, совпадающее с отверстием контейнера, надела корпус замка на торчащие концы дужки и заперла.

Женщина сказала Хуанке, что ключи в замке зажигания.

* * *

Пока мужчины разговаривали, подошел Брайан. Вид у него был больной, и он не оставлял попыток отплеваться от привкуса рвотной горечи во рту. Узелок между его бровями был мокрым от пота, а кожа – бледнее обычного. Покрылись синевой мешки под его глазами, которые слезились и покраснели после рвоты.

— Ты в порядке, Би?

— Нет, старик, я не в порядке. Это… что бы потом ни случилось, полная херня. Нужно нам уматывать отсюда. Вот прямо сейчас. Прошу тебя.

Словно почувствовав неладное, Хуанка подошел к машине, завел двигатель и включил кондиционер – и все это не садясь в машину.

К нам подошел Дон Васкес. Хуанка встал рядом с ним.

— Твой брат гордился бы тобой. Ты уж позаботься, чтобы они увидели Родольфо.

Хуанка опустил голову. Дон Васкес обратился к нам, его большие, дедовские усы скривились в улыбке.

— Тебе первому, – сказал он Хуанке.

Дон Васкес отошел на несколько шагов назад, остановился рядом с лужицей того, что натекло изо рта Глории. Хуанка подошел к нему и встал рядом. Дон Васкес наклонился, окунул большой палец в лужицу, выпрямился, потом поднял руку и провел большим пальцем по лбу Хуанки. Тот закрыл глаза. Дон Васкес нагнулся еще раз.

— Твоя очередь, Марио.

Я не знал, что это за жидкость, но видел, как она вытекала изо рта Глории, и знал, что мне ничуть не хочется, чтобы она оказалась близ моего лица. Но, несмотря на мое нежелание, я подошел к нему. Серая жидкость оказалась холоднее, чем я предполагал. А потом я начал падать назад. Мои руки взлетели вверх. Мои глаза сами по себе закрылись. Что-то холодное стало расширяться в центре моей груди, одновременно опустошая все, что было внутри меня, и наполняя меня.

Я почувствовал невесомость. Свет взорвался передо мной. Он был такой яркий, что прожигал мои веки, обволакивал мой мозг, пока все вокруг не превратилось в холодную влагу.

Когда мои глаза открылись, свет исчез.

Дон Васкес передо мной провел пальцем по лбу Брайана. Руки Брайана вдруг дернулись, словно он ударился обо что-то. Глаза быстро открылись. Он сделал вдох и огляделся. Я знал: он что-то чувствует.

— Джентльмены, теперь вы под бдительным оком… я думаю, вы можете называть его Святым Духом, так? Если все пойдет хорошо, то вы всего лишь откроете дверь, увидите, как все оно пройдет, – и деньги ваши. Легко, правда? Если вы совершите какую-нибудь глупость и облажаетесь, то я вас найду, а я всегда нахожу тех, кого ищу, вам это ясно?

Мы кивнули. Его улыбка не исчезла, даже когда он угрожал нас убить, если мы облажаемся. То, что было под его кожей, снова шевельнулось, но на сей раз только на правой половине лица. Хуанка сказал, что он непременно покажет им лицо Родольфо. Они снова обнялись. Дон Васкес наскоро пожал нам руки и ушел. Когда его люди поднимали Глорию, он повернулся к нам.

— Какое-то время вы будете в безопасности, но я предлагаю вам пошевеливаться. Я уверен, что даже ангелы устают от ожидания.

Хуанка запрыгнул на водительское сиденье, я сел на переднее пассажирское. Брайан – опять – забрался на заднее и сразу же свернулся в клубок. Фары пикапа освещали пространство перед нами, но мы могли видеть и ворота в заднем конце участка. Женщина оставила их открытыми. Когда мы тронулись, я в последний раз кинул взгляд на лужицу. Потом я вспомнил темную фигуру и посмотрел в сторону улицы. Фигура все еще оставалась там, более материальная, чем прежде, и теперь расположившаяся ближе к ограде. По своей форме это явно был гуманоид. Казалось, он наблюдает за нами.