Книга Лимб, страница 39 – Лора Кейли

— Не хочу отмечать Рождество в этом доме. – Кристин оглядела дом. – Это семейный праздник, а у нас скоро развод.

— Думаю, вы, ребята, погорячились. – Марго прислушалась. – А Фрэнсис дома?

— Уехал на работу.

— Вообще он у тебя кретин!

— Да ладно, перестань. – Она забрала у подруги пирог. – Возьму с собой, все равно не успела ничего приготовить.

— Ты хочешь, чтобы он за тебя боролся, да? – сочувственно улыбнулась подруга.

Кристин засмеялась с какой-то досадой и замолчала от подступивших слез.

— Я уже ничего не хочу. К тому же…

— Что к тому же?

— Да ничего, забудь.

— Я ехала к тебе с этим пирогом через весь город! Говори, что ты там хотела сказать.

Кристин подняла глаза на подругу.

— Говорят, у него уже кто-то есть.

— Да не-е-т, – протянула Марго. – Не может этого быть! Кому он нужен, твой Фрэнсис? Я хотела сказать, что кроме тебя ему не нужен никто! Может, вы еще помиритесь, а?

— Нет, уже все.

— Не понимаю! – рассердилась на нее Марго. – И не хочу понимать!

— Ты же сама сказала, что он кретин.

— Так откуда мне знать, он же не мой муж!

За окном просигналил автомобиль.

Марго вздрогнула.

— Адам уже в машине…

— Мне очень жаль, – сказала она.

— И мне, – обняла подругу Кристин. – Мне тоже.

Всю дорогу Адам сидел в телефоне, не проронив ни слова. Этот трудный возраст… Кристин посмотрела на сына в зеркало заднего вида.

— Как дела, сынок?

Он не ответил, лишь еще сильнее уткнулся в экран.

Кристин знала, как он не хотел развода, она знала, что он хочет остаться с отцом, но она забирала его с собой, как любая мать. Фрэнсис не хотел ничего менять, да и она не особо хотела. Так было нужно, вот и все.

— Может, поиграем в города? – сказала она, не зная, что еще предложить.

Адам лишь повел носом.

— Послушай, сынок, иногда люди разводятся.

Адам не проронил ни звука, тогда и она замолчала.

Кристин смотрела на покрытую туманом дорогу и медленно давила на газ. Машин почти не было видно – нечасто такое бывает, сегодня был странный день.

— Я хотела сказать, – она проглотила слезы и приоткрыла окно, вдыхая промозглый воздух, – я лишь хотела сказать, что мы с папой любим тебя.

— Замолчи! – вдруг раскричался Адам, из глаз его покатились слезы. – Замолчи, замолчи!

Он пнул переднее сиденье, и так сильно, что пирог Марго упал на пол и разломился.

— Господи… – Кристин посмотрела вниз и не сдержала слез.

Слезы щипали глаза, дороги не было видно. Она повернула руль вправо, пытаясь встать на обочине, как в этот самый момент огромный трак вылетел из тумана и промчался мимо них. Что-то треснуло и проскрипело, Кристин отбросило на спинку кресла, Адам прижался к двери. Им снесло зеркало и поцарапало всю боковину.

Трак не остановился, так и скрылся вдали.

— Ты как? – обернулась она на сына.

— Прости за пирог, мам, – с трудом сказал он.

— Все хорошо, сынок, все хорошо…

Кристин посмотрела на зеркало, лежащее на дороге, на спасительный пирог, разломанный напополам, на сына в слезах и сама разрыдалась.

Отец жил на другом конце города, это примерно час на машине. Адаму даже казалось, что мама специально выбрала квартиру так далеко от их прежнего дома.

«Когда у каждого из супругов начинается своя жизнь, не всем приятно на это смотреть», – объяснила она ему.

Своя жизнь – личная жизнь, как хотела сказать тогда мама, но побоялась его задеть, – ни у кого из них так и не началась. Ну или Адам этого просто не видел – он иногда ездил к отцу. Иногда тот звал его на футбольный матч, но у отца было так мало выходных, а у Адама так много занятий, что они почти не встречались. Теперь бы он бросил все, лишь бы увидеть отца.