Книга Лимб, страница 89 – Лора Кейли

— …просто выбросило отовсюду, – сказал Дэн.

— Да-да, – подпрыгнул от счастья Матео, – для нас!

— И почерк вроде мой, – перелистывал он страницы.

— Конечно твой! Это же ты писал!

— А как вы меня нашли?

— Дэн хотел отыскать себя и пройтись по всем адресам, где раньше жил… Чтобы спасти и тоже вытащить из этого Лимба.

— Умно, – сказал Дэн. – А где он?

— Погиб…

Дэн потрепал мальчишку по растрепанным волосам.

— Пойдемте-ка, парни, в дом, работы у нас теперь много.

— Этот Дэн почти как мой, – сказал Матео, когда они с Адамом, устроившись на мягком диване, попивали теплое какао, наблюдая, как Дэн мерил шагами гостиную, останавливаясь и снова меря, перечитывал, что написал, прикидывая что-то в уме.

Вдруг он подошел к небольшой доске – она стояла на ножках, – стер все старые записи и, глядя в свою же тетрадь, стал что-то писать. Он записывал так быстро, что Адам даже не успевал следить, как из-под его черного маркера появлялись новые цифры, уравнения, какие-то схемы. Наконец он дошел до самого низа, что-то усердно вмещая в оставшемся пустом углу, и, поставив жирную точку, выдохнул и отошел.

— И как я раньше этого не понял, – тер он гладковыбритый подбородок. – Вы, ребята, понимаете, что это такое?

Мальчишки в унисон завертели головами.

— Это формула точки выхода из этой чертовой черной дыры! Как выход из бермудского треугольника…

— Она в метро! – выкрикнул Матео.

— Не совсем, но ее можно открыть в метро. Это место самого высокого напряжения и самой высокой скорости. Для того чтобы открыть портал, нам нужно добиться максимального напряжения на самой максимальной скорости, и тогда…

— О напряжении Дэн ничего не говорил…

— Да, я вижу. – Он еще раз взглянул в тетрадь.

— Он спрыгнул на полном ходу, – сказал Матео. – Я видел лишь, как он разбился.

— Скорее всего, он спрыгнул здесь же, не разорвав этот Лимб. А нам нужно его разорвать.

— Но как?

— Об этом надо подумать. Мне подумать. А вы пока идите-ка спать.

Следующие пару дней они так и жили у Дэна дома, ели тихо, ходили неслышно, пытались никак не мешать, лишь наблюдали, как пару раз за день он выходил из своего кабинета, со взлохмаченными волосами и с карандашом в зубах…

— Я, кажется, понял, – бормотал он сквозь сжатые зубы и уходил опять.

Матео лишь пожимал плечами, Адам улыбался в ответ, любуясь каждым уголком этого уютного дома.

Где-то там, по дальнему берегу реки, бродят живые утопленники, по городу снуют еще не отловленные тела, новая партия фанатиков-психов врезается в бетонные стены, прыгает с крыш и мостов, но здесь, в этом домике на отшибе, жизнь была будто все той же, как и в их прекрасном мире, где люди все еще могли умирать.

«Даже смерть обходит это место стороной», – подумал Адам.

— Ну-у-у! – вышел из кабинета Дэн. – Кажется, я понял, что нужно делать. За мной!

— Куда? – подхватились ребята.

— В метро!

Всю дорогу Адам думал о маме, об отце тоже, вот только меньше. Ему почему-то казалось, что он справится со всем сам, что бы с ним ни случилось. Он бы даже мог отстрелить этих вурдалаков или спасти сумасшедших, еще не утопших в этой реке. Он вдруг подумал, что, будь у него чуть больше времени, он бы узнал, где находятся все эти секты, и донес бы до каждого, что смерть – это не выход, а только обман.