Онлайн книга «Край биографии»
|
Если коротко, нашли-таки японского фанатика. Тут даже Осипенко проснулся, дал пару адресов, одному ему известных, в том числе человека по имени Цуда Сандзо. Дальнейшее было делом техники… Менделеев, пардон, подполковник Корнилов, хорошенько обработал психа… В этом никакой Осипенко инспектору был уже не помощник… Но все и так падало на благодатную почву… Цуда Сандзо или Сандзо Цуда… Викентий Саввич признался, что до сих пор путает, где у них имя, а где фамилия… и так жил с раздвоением личности: был самураем, подавил восстание, а стал бесправным полицейским, прислуживающим иностранцам… Короче, наобещали мужику с три короба, а точнее, долгую и счастливую загробную жизнь, если покусится на Николая, но доведет план не до конца, а только припугнет! — Даром, что ли, я с ним две недели эти фиктивные удары репетировал?! – воскликнул Корнилов-Двуреченский. – Еще раз говорю: задача была – не убить нашего наследника, а напугать так, чтобы через тринадцать лет война стала неизбежной! Тому же служили и многочисленные предсказания. Начиная от японского старика, из которого агенты СЭПвВ на скорую руку слепили буддиста-предсказателя. Спасибо Осипенко – все же не зря хлеб ест. Он помог подыскать нужный типаж. А псевдостарцу наказали помалкивать во время встречи с коронованными особами или лучше – нести какую-нибудь ерунду на японском, но подолгу и с умным видом, а уж наши люди переведут как надо… Так буддист и внушил Николаю, что войны не миновать. Ну и потом для верного отправили царской чете еще и предсказание Серафима Саровского[68]… Говорят, когда Их Величества открыли шкатулку с посланием, оба на несколько минут потеряли дар речи… — В общем, СЭПвВ, как всегда, впереди планеты всей. Геращенков даже медальку мне за это на китель нацепил, который я до того несколько лет не надевал. Правда, отпуск больше двух недель так и не дал, паскуда… – Инспектор вновь заговорил на любимую тему. Ратманов задумался. Гимназист уже давно не пил, а просто сидел и смотрел на хозяина дома. Как будто перед глазами проносилась вся жизнь этого человека, да и собственная… — Скажешь что-нибудь? – с усмешкой спросил губернский секретарь. Но Георгий решил оставаться собой до конца, лишь отрицательно покачав головой. — Ну, как скажешь, – заключил собеседник и в очередной раз продолжил сам: – На чем остановились? Награды, отпуска, соцпакет… Что касается моей жизни вне службы, тебя она не очень-то и касается… Но, поскольку ты и так уже знаком и с Такой, и с Офудзи, внесу ясность. Статья тридцать три, пункт пять, литера «б»: личная жизнь агента Службы эвакуации пропавших во времени регламентирована лишь в том размере, в каком может являться препятствием для осуществления профессиональной деятельности. В остальном все как бы можно… Практика мусумэ, временных жен, в конце девятнадцатого столетия была довольно распространенной. Если бы Корнилов – в теле Владимира Менделеева – не женился на японке, сослуживцы по морскому ведомству посмотрели бы на него косо. А так… Таку он выбрал сам, из многих претенденток на роль временной жены. Понравилась она ему, не по службе даже, а чисто по-человечески. — Да и кому она могла не понравиться-то? – Собеседник хитро глянул на Георгия. – Ну а результатом нашего курортного романа стала Офудзи… |