Книга Край биографии, страница 3 – Денис Нижегородцев

Когда в апреле 1891 года броненосный фрегат «Память Азова»^[2] бросил якорь в японском порту Нагасаки, едва ли не первым делом принцы вызвали на борт татуировщиков. Двое японцев учтиво поклонились и немедля приступили к делу.

— Слышал, татуировки в большинстве своем делают преступникам, – заметил цесаревич шепотом, хотя его гости не должны были ничего понять из английской речи.

— Из общества якудза^[3]! – воскликнул Георг, растянувшись на соседней кушетке.

Мастера татуировки вдруг застыли, заслышав знакомое слово.

— Вакари масэн… кудасай… – попытался сгладить ситуацию наследник.

А перевести редкие слова, которые он успел выучить по-японски, можно было как «прошу прощения… пожалуйста…».

Мастера переглянулись во второй раз и продолжили работу. Но вместо пары часов, на которые рассчитывали принцы, процедура растянулась почти до утра! «После обеда решился сделать себе татуировку на правой руке – дракона. Это заняло ровно семь часов времени с 9 ч. вечера до 4 ночи! Довольно раз пройти чрез этого рода удовольствие, чтобы отбить охоту в себе начинать снова. Дракон вышел на славу, и рука совсем не болела!» – напишет Николай по итогу экзекуции.

Так на руке наследника российского престола и возник пресловутый черный дракон с зелеными лапами, желтыми рогами и красным брюхом. Уже став императором, Николай полюбит закатывать правый рукав, не скрывая, а, напротив, демонстрируя окружающим экзотическое напоминание о посещении Дальнего Востока. А любители сенсаций будут искать скрытые знаки во всем, что предшествовало злополучному инциденту в Оцу. И дракон-де – не дань английской моде, а знак принадлежности к якудза или тайному ордену наподобие масонского. И в мифологии, как минимум скандинавской, черный змей символизирует силы хаоса. Да и родился Николай в год Дракона во Восточному календарю. Причем до следующего – 1892-го – тоже года Дракона вполне мог и не дотянуть. И здесь уже сложно не признать, что спасло его тогда от смерти лишь чудо!

3

Казалось, монах спал, усевшись в позе лотоса и подставив гладко выбритую голову лучам восходящего солнца. В то время как его руки, безо всякой привязки к недвижимым чертам лица, искусно перебирали потертые буддийские четки.

— Учитель, мы пришли к вам сегодня с важным гостем, – обратился к нему неизвестный проводник, и старик медленно, словно нехотя, разомкнул веки.

Великий князь Николай с любопытством разглядывал бритоголового собеседника и пытался уловить хоть что-то из непонятной японской речи, звучавшей вокруг. А монах снова прикрыл глаза, и казалось, в следующий момент уж точно уснет. Однако его руки пришли в движение, независимо от неподвижного лица и всего остального тела, указав гостю в совершенно определенном направлении. Николай повернул голову и остановил взгляд на… большой тыкве.

— Уважаемый учитель просит по возможности заранее внести плату за прием, – пояснил по-английски представитель принимающей стороны.

— О’кей, нет проблем, – ответил российский наследник на том же языке, достал несколько иен и протянул японцам. – Этого хватит?

Монах, продолжая медитировать с закрытыми глазами, кивнул. Его соотечественники опустили пожертвование Николая в тыкву, исполнявшую роль емкости для сбора подношений. И только когда все формальности были улажены, таинственный старик снова открыл глаза и пошевелил рукой – мол, можно начинать.