Онлайн книга «Пуля времени»
|
— Короче, мы выходим с тобой во двор. Я делаю с тобой то, что обещал Казаку. Но не по-настоящему. Хотя и максимально реалистично. Ну, в смысле, как взаправду. Свидетель подтверждает, что Лодыги с нами больше нет. Я возвращаюсь и говорю Скурихину, что выполнил его приказ. — Скурихин – это кто? — Заткнись… А ты едешь в Петроград и начинаешь там новую жизнь. — В Петербург. — Ты меня понял. — И в Москву я больше не вернусь? — Почему? Может, и вернешься… — Когда? — Когда… я отсюда уеду… — А это когда? — Ты притомил вопросами. Допивай и пошли во двор. У меня уже руки чешутся! 6 Свидетелем ложной расправы был выбран мещанин Кобылятников по кличке Сивый. Старый знакомец Лодыги. И максимально тихое и аутичное создание. Ратманов уже пожалел, что выбрали именно его. Поверят такому на слово? Но Георгий не любил признавать собственных ошибок. Кто есть, тот есть. В уборной Лодыга с Ратманом кое-как ввели Сивого в курс дела. А тот только кивал и поддакивал. Кажется, если бы его попросили, к примеру, наложить на себя руки, он кивнул бы и, не задумываясь, исполнил. Ключевую роль в постановке играл максимальный реализм. Юра Бурлак и в театре-то, в который почти не ходил, терпеть не мог наигрыша и всех этих новомодных экспериментов. Все по классике! Народ в кабаке уже видел, как Ратман довольно грубо обращался с Лодыгой и потом куда-то его повел. Поэтому ни для кого не стало откровением, что после их возвращения и очередной выпитой рюмки Гимназист схватил собутыльника за шиворот, бросил наземь, протащил мордой по всему полу и выволок во двор. Разве что парочка любопытных пошла понаблюдать за ними. Остальные лишь замолкли на несколько секунд, а потом снова принялись орать о чем-то своем. Во дворе Сивый старался быть одновременно рефери и секундантом. Бледный как полотно, пытался вклиниться в кучу-малу из Гимназиста с Лодыгой, чтобы один не убил другого в самом деле. Но особо в этом не преуспел. Ратманов быстро поверг Лодыгу на землю, оседлал и под улюлюканье редких зрителей методично избивал бывшего подельника, не оставляя на его лице живого места. Итогом поединка стала закономерная победа силы, ума и трезвости. Сивый приложил ухо к груди проигравшего и сдавленным хрипом сообщил: — Все, кончился… Зрителей на этом месте и след простыл. Хотя полицию сюда все равно никто вызывать не будет. В таких опасных местах фараоны скорее сами кого-нибудь не досчитаются, чем прижмут убивца к ногтю. Ратманов с Сивым для порядка оттащили тело еще метров на двадцать, за забор. Дело было сделано. Сивый получил на водку и удалился быстрыми шагами. 7 А вскоре он уже сидел в «комнате для гостей», довольно просторном помещении в укрытии Казака, пусть и с голыми стенами и отсутствием каких-либо других украшательств. Во главе стола восседал Облезлый с накладным шрамом. Сам Скурихин находился среди рядовых бандитов сбоку. Там же, где и Гимназист. Сивый был напуган так, как будто казнить собрались его. Вдобавок мешок из рогожи на голове тоже не прибавлял ему оптимизма. Дуля сорвал мешок с гостя одним движением. И тот обвел присутствующих глазами. Страаааашно… — Кобылятников Никита Иванович? – Облезлому было не впервой исполнять обязанности атамана. — Ко… бы… лят… ников, – согласился тот, икая на каждом слоге. |