Книга Пуля времени, страница 96 – Николай Свечин, Денис Нижегородцев

Для этого пришлось прибегнуть к известному и даже детскому способу. Он нашел поблизости несколько камушков, взвесил в руке, чтоб поувесистее. И принялся кидать их в сторону. Так, чтобы полицейский подумал, что рядом происходит какой-то непорядок, и кинулся туда разбираться.

В результате Ратманов выиграл немного времени и быстро, как обезьяна, залез по водосточной трубе на второй этаж дома. Где и должна была располагаться искомая квартира.

Когда старший городовой, собрав все камни, вернулся на прежнее место, Георгий уже стоял на балконе и, вытянувшись по струнке, весьма успешно сливался с окружающей обстановкой. Благо фасад дома был обильно увит плющом, и затеряться в этом рукотворном дремучем лесу большого труда не составляло.

Георгий проскочил внутрь и отдернул развевающуюся портьеру, уже находясь в большой комнате. Пошел дальше. Оценил чудесный паркет, зеркала с позолоченными рамами, пилястры с каннелюрами, которыми здесь было обрамлено практически все. А вот сигнализации в домах тогда еще не практиковалось – забирай, что плохо лежит, да сваливай.

Хотя больше поражало другое – красиво все-таки жил губернский секретарь. Побогаче, чем опер Бурлак, вынужденный брать книги в библиотеке, а винтажной мебели отвести лишь несколько квадратных метров своего рабочего кабинета, да припрятать кое-что в гараже. И ведь Двуреченский – всего-навсего второй чин с конца в Табели о рангах. Взятки, что ли, берет? Надо будет спросить при случае…

Обойдя весь дом, незваный гость так и не встретил единственного человека, который ему сейчас был нужен. Разве только в кухню не пошел, чтобы не пугать прислугу.

Что делать? Дожидаться чиновника здесь, сидя в его кресле, раскурив его трубку и греясь перед его камином? Или оставить записку с описанием всего, что Бурлак-Ратманов о нем думает? Нет, такое Двуреченский может воспринять и как вторжение. А потом того и гляди заупрямится, начнет вставлять палки в колеса и не отправит домой прямо сейчас? Если вообще отправит!

Бывшему оперу стало почти страшно. Негативные сценарии начинали казаться не менее вероятными, чем позитивные. И Георгий, едва отдышавшись и так и не налюбовавшись интерьерами старинной квартиры, снова направил стопы к балкону.

Слава богу, старший городовой ушел. Наверное, смотрит, везде ли дворники убрали мусор. Все-таки хорошо, что у тогдашней полиции было столько непрофильных функций. А попаданец, быстро оценив обстановку, перемахнул через ограждение, чтобы спокойно спуститься вниз.

Но не тут-то было! Помимо городовых на полицию тогда работали и упомянутые дворники! Формально – на общественных началах, но фактически подчинялись приставу, докладывали обо всех подозрительных делах и лицах, а также активно наяривали в свистки, который у каждого в обязательном порядке болтался на шее.

В итоге Чистые Пруды огласились художественным свистом. Дворники бежали к Ратманову с трех сторон. А потому ему ничего не оставалось, как… побежать в четвертую. А именно, пуститься наутек – по крышам.

Для этого он ринулся на черную лестницу, по ней выбрался на чердак, а оттуда уже на самый верх. По пути возникла неожиданная проблема. Дверь на крышу перегораживала огромная клетка с голубями. Но лихо сдвинув ее в сторону и даже не запачкавшись, бывший консильери гулко затопал по кровельному железу.