Онлайн книга «Подельник века»
|
И в толпе вокруг некоторые не могли сдержать эмоций. К примеру, депутат Государственный Думы Александр Протопопов – кстати, будущий министр внутренних дел Российской империи, причем последний, занявший свой пост как раз перед недолгим триумфом Керенского… Глава 5. Подельники идут по следу 1 Глава Московского охранного отделения подполковник Мартынов по-прежнему держал слово во время особого совещания, посвященного предстоящим Романовским торжествам. В том числе об эсерах (социалистах-революционерах), которым серьезно сочувствовал тот же Керенский. Однако на момент описываемых событий Александр Федорович не был еще ни известным политиком, ни даже членом этой партии. Он вступит в нее только в революционном 1917-м. — После разоблачения Азефа верхушка партии прячется за границей, а здесь их политический вес близок к нулю, – повторил Мартынов. А когда бывший министр внутренних дел Дурново обвинил его в самоуверенности, за подполковника вступился нынешний шеф Дворцовой полиции Спиридович: — Господа, мнение подполковника Мартынова опирается на агентурные сведения. Он хорошо осведомлен о том, какая партия какой сегодня имеет вес. Кроме того, Московскому охранному отделению будем помогать мы, Дворцовая полиция. Во всех поездках, при всех перемещениях августейшей семьи мои люди будут находиться рядом с людьми МОО. Наконец, нас усилят и чины Московской сыскной полиции. Их наблюдательные агенты тоже привлечены к вопросам безопасности, особенно в самой Москве, но не только. — При чем здесь сыскная полиция? – удивился глава комиссии по торжествам Булыгин. – Разве они имеют опыт борьбы с политическим террором? Их дело – уголовная преступность! Но тут протестующе поднял руку московский губернатор Джунковский: — Александр Григорьевич, кашу маслом не испортишь! После лихолетья девятьсот пятого года некоторые из тех, кого вы ловите, так перемешались с уголовными, что сам черт не разберет, где кто. Экспроприации этих «политиков» больше смахивают на обычные уголовные проделки. И опыт сыскной полиции действительно может оказаться полезным. Давайте заслушаем начальника московских сыщиков статского советника Кошко. Аркадий Францевич, дайте справку! — Слушаюсь, ваше превосходительство, – вскочил Кошко, разложил перед собой какие-то бумаги, но больше для самоуспокоения, он говорил, не глядя в них. – Мы тоже активно присоединились к мерам по охране государя в ходе предстоящих торжеств. Я выделил своего лучшего чиновника по поручениям Двуреченского для непосредственного подкрепления сил Дворцовой и тайной полиций[14]. А Двуреченский привлек к содействию свою агентуру в уголовной среде. Эти люди… ну наиболее развитые из них, будут находиться в толпе, на самых опасных участках, и следить в оба глаза за окружающими… По залу прокатилось легкое эхо если не недовольства, то удивления. Но Кошко продолжал: — Их знания обычаев преступного мира, их обширные знакомства, опыт и навыки помогут определить преступника даже в самой людной толчее. Как говорится, рыбак рыбака видит издалека! Например, Двуреченский завербовал и привлек к охране известного в уголовном мире налетчика по кличке Гимназист… — Гимназист? – перебил статского советника премьер Коковцов. – В каком смысле? — Это прозвище, а фамилия ему Ратманов. Прозвище получено не зря, он действительно окончил полный курс гимназии, что для фартовых[15] большая редкость. Ратманов выделяется из их мира сообразительностью, я бы даже сказал, острым умом и способностью планировать силовые акции. До своей вербовки он был есаулом в нескольких бандах… Так у них называются ближайшие помощники атамана, так сказать, начальники штаба… Так вот, Ратманов задал нам немало хлопот своими блестящими придумками. А Двуреченскому удалось не только поймать, но и перетянуть на нашу сторону такого штучного человека. И теперь его преступный опыт, только направленный на благие цели, весьма нам пригодится. |