Книга Губернское зарево, страница 58 – Евгений Сухов

— Не мое! – буркнул в пол Калмыков.

— А чье же?

Калмыков молчал, вперившись взглядом в пол.

— Хорошо, – констатировал Петухов. – Возможно, вы станете более разговорчивым в камере следственной тюрьмы… Там вас научат хорошим манерам.

Это был несомненный триумф.

Покуда судебный следователь Песков с московским гостем Воловцовым возятся с постояльцами дома, выискивая следы преступления и возможные улики, он, околоточный надзиратель Петухов, уже раскрыл это ужасное преступление. Он нашел убийцу. Взял его вместе с неопровержимыми уликами его причастности к делу убиения Кокошиной и похищения у нее ценных бумаг.

Все. Дело исполнено.

Сегодня же он оформит все документы, приобщит к ним вещественные доказательства в виде процентных бумаг и будет рассчитывать на повышение в чине. Пусть дальше преступником занимается судебный следователь Песков. Допрашивает, снимает показания, выясняет мотивы и выявляет возможных сообщников. А он, Петухов, свое дело выполнил сполна! К тому же раскрытие такого громкого дела, о котором судачит весь город и которым крайне озабочены окружной прокурор, полицеймейстер и сам господин губернатор, не должно остаться неоцененным. Может, с повышением чина ему дадут и орден. А что, почему нет? Таких случаев сколько угодно.

Словом, день для околоточного надзирателя вполне задался…

Два последующих за похоронами дня Воловцов провел как настоящий отпускник: поздно вставал, плотно кушал, выходил в город погулять и даже посидел как-то в ресторане. На третий день он малость заскучал. От Пескова не было никаких вестей, и Иван Федорович отправился в окружной суд, где надеялся его встретить и расспросить, как идет следствие по делу Кокошиной.

Шел он пешком, глядя по сторонам и замечая изменения, которые произошли за пять лет. Вот новое здание, построенное в стиле модерн и чем-то похожее на Елисеевский магазин в Первопрестольной. Скорее всего, строил его архитектор, приглашенный из Москвы. А вот старые купеческие лавки, коим, верно, лет под сто. Они и еще столько простоят, поскольку стены их толщиной в полусажень. Ну, может, чуточку поменьше.

А вот и здание окружного суда. Бывал здесь Иван Федорович когда-то, и не раз. Зайти, что ли, по старой памяти?

Он зашел, спросил у дежурного чиновника, здесь ли судебный следователь Песков. Ему ответили:

— Нет.

— А где он? – поинтересовался Воловцов.

— Господин Песков в данное время находится в следственной тюрьме, – доложил дежурный.

Иван Федорович поблагодарил его и повернул назад. «Наверное, Попенченко поймали, и Песков его допрашивает», – подумалось Воловцову. Но в следственную тюрьму ходу ему не было: хоть и судебный следователь, да чужой. Поэтому тем же прогулочным шагом он потопал обратно домой. Когда уже подходил к дому, навстречу ему попалась мадам Перелескова. Взгляд у Апполинарии Карловны, увидевшей Воловцова, был вовсе не колючий…

— А она снова к нему приходила, – сказала Перелескова, когда они поздоровались.

— Простите, не понял, кто приходил и к кому? – извинительным тоном спросил Иван Федорович.

— Да девица, что к нашему дворнику иногда захаживает, – пояснила Перелескова. – Я на сей раз хорошо ее разглядела. Расфуфыренная такая, но без излишеств. Настоящая барышня…