Книга Тайна старого саквояжа, страница 47 – Евгений Сухов

— Марфа… простите, как вас по батюшке? — первым нарушил молчание граф Виельгорский.

— Кондратьевна, — ответила Марфа, слегка зардевшись.

— Очень приятно, — слегка приподнялся в своем кресле (все ж таки женщина) граф. — Марфа Кондратьевна, расскажите нам с господином обер-полицмейстером, какие обстоятельства привели вас ко мне и что вы желаете мне сообщить.

Марфа уняла холодок, пробежавший при словах «господином обер-полицмейстером», и посмотрела в его сторону. Власовский, приготовившийся слушать, смотрел на нее не мигая.

Женщина перевела взгляд на добродушное лицо графа и уверенно проговорила:

— Я слышала, как они ругались.

— Кто — они? — мягко спросил граф.

— Господин Попов с нашим управляющим господином Козицким, — твердо ответила Марфа.

— Вы настолько хорошо знаете господина Попова, что можете отличить его голос? — задал вопрос обер-полицмейстер.

— Хорошо господина Попова я не знаю, — ответила Марфа, переведя взор на Власовского. — Но я не единожды слыхала, как он говорит, ведь он не впервой в наше село приезжал.

— Хорошо, давайте с самого начала, — предложил обер-полицмейстер.

Марфа кивнула и начала:

— Шестого мая я работала на ближних огородах. Это недалеко от барского дома. Было жарко, после середины дня солнце стало сильно печь, и мне захотелось пить…

— В котором часу вам захотелось пить? — перебил ее Власовский.

— Это было уже за полдень, — ответила Марфа. — Верно, часу в третьем…

— Хорошо, продолжайте, — сказал Александр Александрович.

— Я решила сходить в барский дом, на кухню…

— Ближе никак нельзя было напиться? — снова перебил Марфу обер-полицмейстер.

— Нет, — ответила Марфа. — Мы всегда в барский дом ходим, когда на ближних огородах работаем. Заходим на кухню, их кухарка выносит нам воды в ковше. На этот раз на кухне никого не было, я знала, где стоит вода, пошла к бочке и услышала громкий разговор.

— Где он происходил? — спросил Власовский.

— Я не знаю, внутри дома я никогда не была, только на кухне… — смутившись, ответила Марфа.

Обер-полицмейстер вопросительно посмотрел на Виктора Модестовича.

— Скорее всего, разговор сей происходил в малой гостиной, — пояснил граф Виельгорский, поняв взгляд Сан Саныча. — С кухни вполне можно слышать, что творится в малой гостиной, тем более если разговор происходил на повышенных тонах. — Граф обернулся к Марфе: — Вы говорите, они ругались?

— Да, — коротко ответила Марфа.

— А о чем был разговор? — спросил Власовский.

— Я не знаю, — ответила Марфа.

— А слова? Какие они говорили друг другу слова? — снова задал вопрос обер-полицмейстер.

— Слова трудно было разобрать, — ответила Марфа. — Они же оба почти кричали…

— Кто больше кричал, Попов или Козицкий?

— Попов, — после недолгого раздумья ответила Марфа.

— Неужели вы совершенно ничего не разобрали из их разговора? — посмотрел на женщину немигающим взором обер-полицмейстер.

Марфа отрицательно качнула головой.

— И все же постарайтесь вспомнить хоть несколько слов, — продолжал настаивать Власовский.

— Я же воды попить зашла, а не подслушивать, — не очень уверенно сказала Марфа.

— Хорошо, — откинулся на спинку кресла обер-полицмейстер. — Тогда давайте вспоминать вместе, шаг за шагом… Итак, вы вошли на кухню. Никого не было. Из малой гостиной доносился разговор. Громкий разговор, даже ругань. Там происходила ссора, так?