Книга Злополучный номер, страница 69 – Евгений Сухов

— Поначалу он был принят, как возможное орудие убийства, господин судебный следователь, – ответил надзиратель. – Но потом экспертиза показала, что смертельный удар был нанесен иным предметом…

— Дальше, – коротко приказал Иван Федорович.

— Ну, и труп самого Стасько. Верхней частью тела он лежал под этажеркой с цветами, ноги были направлены к входной двери. На нем были длинные сапоги, брюки, сорочка и жилет. Ни документов, ни денег обнаружено не было. Все карманы его одежды были вывернуты: убийца обыскал труп и все забрал себе, кроме векселей, которые валялись на полу возле трупа, выброшенные преступником за ненадобностью. Вся левая сторона головы убитого была в крови, поскольку смертельный удар нанесен в левый висок.

— Под ним была кровь? – быстро спросил Воловцов.

— Да, целая лужа, – ответил Поплавский.

— А какая она была?

— Кто? – не понял вопроса надзиратель.

— Кровь! – раздраженно проговорил Воловцов. – Жидкая она была или густая?

— Жидкая…

— Стало быть, когда убийца тащил тело Стасько под этажерку, он был уже мертв, и кровь текла уже из трупа… – раздумчиво и, скорее всего, для себя, нежели чем для надзирателя, произнес Иван Федорович. – Получается, что коммивояжера Стасько убили, когда он либо провожал из своей комнаты позднего гостя, либо встречал такого гостя. Тех двух купцов, что приходили к Стасько торговать часы, вы допрашивали?

— Конечно, господин судебный следователь.

— И что?

— Они пришли к Стасько вместе и ушли вместе. Как они уходили, видела прислуга Малышевых Евдокия Мелентьева. Она же и закрыла за купцами входную дверь.

— Двери к Малышевым были открыты или закрыты? – последовал новый вопрос судебного следователя.

— Да как вам сказать… – начал нерешительно Поплавский, но Воловцов его мгновенно одернул:

— Как было, так и скажите.

— Когда мы с городовым осматривали эту дверь, то сверху имелась щель.

— Пролезть в нее можно было?

— Разве что кошке.

— Я вас понял, – не стал больше развивать тему двери Иван Федорович, решив что-то для себя. – Теперь меня интересуют показания сестер Малышевых и этого старика Селищева.

— У вас же имеются протоколы, – удивленно посмотрел Поплавский на бумаги, разложенные на столе Воловцова.

— Имеются, – согласился следователь. – Но живое слово оставляет большее впечатление…

— Что вы хотите знать? – уныло посмотрел на него полицейский надзиратель.

— Вы ведь допрашивали Глафиру Малышеву? – спросил Иван Федорович.

— Допрашивал.

— И она сначала показала, что не знает убитого Стасько, так?

— Так, – ответил Поплавский. – А потом мы нашли извозчика, который привез Стасько, и он показал, что убитый останавливается в меблированных номерах Малышевой уже не первый раз. Еще извозчик показал, что, встречая коммивояжера, Глафира Малышева поздоровалась с ним и сказала такую фразу: «Давненько вы у нас не бывали». На что убиенный ответил: «Да, давненько»…

— А младшая сестра Кира тоже говорила, что этот постоялец у них остановился впервые? – спросил Воловцов.

— Да, она тоже сказала, что не знает Стасько и до несчастия с ним никогда его не видела, – подтвердил Поплавский. – Их ложь и отсюда подозрение в соучастии в убийстве и явились причиной заключения их под стражу, – добавил надзиратель.

— Выходит, сестры сговорились лгать следствию? – сделал заключение Иван Федорович.