Онлайн книга «Влюбленный злодей»
|
— Я понимаю, – слегка кивнула девушка. – Я спала, когда меня разбудил шум. Это был звук разбитого, или, как это позже выяснилось, выдавленного стекла. Я подняла голову, и мне поначалу показалось, что я еще сплю и вижу сон, как в разбитом окне появляется рука и как она отодвигает оконную задвижку. Но когда окно распахнулось и в комнату влез мужчина в плаще и с повязанным вокруг лица платком, оставляющим открытыми лишь глаза, я проснулась окончательно… — Вы испугались… – сказал я без вопросительной интонации, дабы заполнить возникшую паузу. — Испугалась… – не совсем уверенно ответила девушка и добавила: – Хотя это не совсем то слово, а нужного вот так, с ходу, я даже не могу подобрать… Словом, это было так неожиданно и невероятно, что я перестала отдавать отчет в том, что я делаю и где нахожусь. Я не помнила, как схватила стул и заслонилась им от влезшего в окно человека. А он в это время закрыл дверь, ведущую в комнату моей горничной, и стал наступать на меня. Кажется, я пыталась кричать и звать на помощь, но у меня ничего не получилось: испуг и потрясение, овладевшие мною, сковали меня… Юлия закрыла лицо ладонями. Конечно, вспоминать такое не просто, ведь худое мы вспоминаем с большим неудовольствием и предпочитаем поскорее его забыть. Увы, находятся люди, например, такие как я, которые по тем или иным причинам напомнят о былых неприятностях. Так что напрочь забыть о них вряд ли удастся. Так моя собеседница просидела какое-то время, после чего отняла руки от лица и продолжила: — А потом он произнес: «Я пришел отомстить». Его голос показался мне знакомым, но гадать, кто скрывается под платком, у меня не было ни времени, ни возможности. Затем незнакомец бросился на меня, вырвал из рук стул и повалил на пол… Она замолчала, судорожно сглотнув. Мне было заметно ее волнение. Вернее, я его чувствовал… У нее не дрогнул голос, ее не бросило в холодную дрожь… Волнение юной графини Борковской было запрятано глубоко внутри, наглухо заперто волею и самообладанием, редко встречающимися у таких молодых девушек, как Юлия. — Он был похож на зверя, – продолжала после паузы молодая графиня. – Он почти рычал, когда рвал на мне ночную одежду. Я пыталась сопротивляться, но силы были слишком неравны. Потом он лег на меня, крепко прижав к полу, и обвязал вокруг шеи платок. Да так сильно, что я едва могла дышать. Крикнуть и позвать на помощь также не имелось никакой возможности. Затем этот мерзкий человек стал меня безжалостно бить. Он бил по рукам, по ногам, по животу, по груди. Мне было очень больно. В порыве ярости он даже укусил меня за кисть руки. Когда он наносил удары, полы плаща распахнулись, и я смогла увидеть под ним военный мундир… — Какого цвета? – быстро спросил я. — Темно-зеленого, – без всякого промедления ответила Юлия. Я кивнул: — Хорошо, продолжайте, я внимательно слушаю вас… — Когда он наносил мне удары, то сказал, что поклялся отомстить мне. Вот он теперь и мстит, чем чрезвычайно доволен. Мстит за то, что мой отец позволил обращаться с ним, как с лакеем… «Ну что ж, настала моя очередь обращаться с вами, как лакей», – добавил он и впал в еще большую ярость, после чего достал из кармана нож и стал наносить мне удары по ногам и бедрам. Потекла кровь… Девушка замолчала. Опять возникла пауза, позволившая мне задать графине Юлии Александровне вопрос: |