Онлайн книга «Последний выживший самурай. Том 2»
|
Погрузившись в размышления, Сюдзиро вспомнил об одной странной детали: унося его спутницу, Сансукэ поднял левую руку. Незнакомый человек мог бы счесть этот жест победным, но названый брат знал, как никто другой: тот никогда не стал бы тратить время на такие бессмыслицы. Что же это могло значить? Одолеваемый дурным предчувствием Сюдзиро коснулся разорванного левого рукава: внутри оказался маленький клочок бумаги, размером не больше ладони. Сансукэ, должно быть, подкинул его, когда уходил с Футабой. — Что за?.. На листе ни единого слова тоски, лишь краткая и непонятная фраза:
— Братская могила? Сюдзиро не слышал, чтобы поблизости было что-то похожее, но наверняка местные знают, где это. Он спросил у пожилой женщины, зазывавшей путешественников в свой гостевой дом. — Конечно знаю, – сразу же ответила она. — Где её найти? — Прямо перед Ано Итиридзука[11], примерно в одном ри[12] к северу отсюда. Старуха сказала искать небольшой холм, окружённый лесом. Братская могила будет на его вершине. Над курганом возвышается каменная плита, с восточной стороны которой высечено «Эйроку, третий год Косин, девятнадцатый день пятой луны»[13], с западной – «Наму Амида Буцу»[14], а с южной – «Сэндзинцука»[15]. Согласно преданию, этот курган был возведён для поминовения павших в битве при Окэхадзаме по обету, данному Кайо Рюки – вторым настоятелем храма Согэндзи[16]. — Там ещё что-нибудь есть? — Да нет, только курган. Разве что открывается отличный вид на Дэнгакугакубо[17]. Оттуда, говорят, и напали войска Оды Нобунаги… — Этого мне достаточно. Простите, что отвлёк от работы. — Ты бы лучше туда не совался, – обеспокоенно сказала старуха. — Почему это вдруг? – Сюдзиро нахмурился. — А ты что ж, бумажку ту не видал? — Какую? Сюдзиро наклонился к женщине, практически касаясь её лица своим, отчего та робко отступила. — В-вот… – она показала на большую вывеску, находящуюся наискосок от дороги. – Многие путают Наруми с Аримацу… Аримацу – это довольно большой почтовый город, который находится между Наруми и Тирю, но вот среди станций тракта Токайдо он не числится. Часто случалось так, что путники, договорившись встретиться через одну станцию, часто путались и попросту расходились в пути. В какой-то момент жители Наруми, Аримацу и Тирю договорились ставить в городах большие доски, на которые путешественники могли повесить деревянные таблички со своими именами: как правило, их оставляли на двадцать два дня. Этот весьма щедрый срок не только помогал путникам встретиться, но и учитывал непредвиденные задержки: болезни, плохую погоду, необходимость заработать денег на дальнейший путь. Забота о путешественниках была продиктована отнюдь не одними добрыми побуждениями: каждую такую табличку на станции продавали за тридцать два мона[18]. После начала Реставрации Мэйдзи дерево сменилось более дешёвой бумагой, на которую к тому же можно было вместить больше сведений. Но доски остались неизменными. Старуха, бросив все свои дела, заботливо провела Сюдзиро к доске. — Вот, глянь. Жуть, правда? — Это же… На листе размером примерно в один сяку в длину и два сяку в ширину[19] знакомым почерком было выведено:
|