Книга Возвращение Синей Бороды, страница 115 – Виктор Пелевин

— Убедительно, – ответил Авраам. – Весьма убедительно.

— Теперь говори – что скрывает второй этаж?

— Значит так, – сказал Авраам. – Когда человек удовлетворил потребности тела, он переходит к следующей группе потребностей, связанных уже с безопасностью…

— Подожди-ка, – перебил Нефер. – Мой господин понимает тебя не до конца. Вот ты говоришь – удовлетворил потребности тела. А на какой именно срок? Если ты поел или помылся, это придется повторить опять, и очень скоро. Надо делать это постоянно, если не хочешь при жизни превратиться в смердящую мумию. Что же, человек так и будет бегать с первого этажа на второй?

— Хороший вопрос, – кивнул Авраам. – В том и дело, что составной частью безопасности является стабильность. Пока нам приходится ежедневно искать еду и питье и мы не знаем, сможем ли найти их завтра, мы еще на первом этаже. А вот когда мы обретаем уверенность, что эти блага будут доступны всегда, мы на втором. Понимаешь?

Вместо ответа Нефер пальцем поманил лампу к себе, взял ее за цепочку и повелел:

— Оглядись по сторонам, муж ослицы.

Авраам обвел темноту лучом своего зеркала – и увидел сквозь дырочку новый зал: меньше, чем на первом этаже, но тоже весьма просторный.

У его стен стояли всего две божественные статуи, обе женские. Первая была кошкоголо́вой, изящной и тонкой, выточенной из черного базальта, вторая – у противоположной стены – массивной и тяжелой, из красного гранита, с головой льва, увенчанной змеей и солнечным диском.

— Это Бастет и Сехмет, – сказал Нефер. – Обычно они защищают. Но Сехмет может при случае и напасть.

Пол зала был выложен черно-белыми плитами наподобие шахматной доски. В самом его центре стояли четыре огромных голубых скарабея, покрытых золотыми глазами и иероглифами.

— Подойди к скарабеям, – велел Нефер.

Когда Авраам приблизился к каменным жукам, шедший следом Нефер остановился и принялся изучать покрывавшие их письмена.

— Это заклинания из Книги Мертвых, – сказал он наконец.

— А что это за глазки?

— Глаза Гора, – ответил Нефер. – Они защищают от болезней.

Авраам оглянулся и вздрогнул.

Он мог поклясться, что минуту назад ничего кроме огромных скарабеев в зале не было, но теперь повсюду стояли разноцветные кувшины, высокие столы, где были разложены какие-то брелки, ожерелья и бубенчики – и еще появилась целая армия деревянных статуэток ростом чуть выше колена.

— Что это? – спросил Авраам, указывая на деревянную армию.

— Это шабти, – ответил Нефер. – Они защищают в загробии. И в земной жизни тоже.

— Я понимаю, – ответил Авраам, – но откуда они взялись? Их только что не было.

Нефер усмехнулся.

— Раньше скарабеи ничего не видели, – ответил он. – А когда я назвал золотые узоры на их телах глазами Гора, скарабеи узрели свет лампы и познали себя. Они склонились перед владыкой Сетом, и все их имущество открылось лампе. А потом уже его увидели мы.

— Это какая-то слишком древнеегипетская причинно-следственная связь, – ответил Авраам.

— Да, – согласился Нефер. – Рабскому сыну она недоступна. Описанное мною случилось очень быстро, даже быстрее, чем бьет молния – так что суть ты вряд ли схватишь. Нам больше нечего тут делать, муж ослицы.

Авраам вздохнул.

— Почему ты зовешь меня мужем ослицы?

— Ты же попросил, чтобы я не звал тебя мертвецом, хоть это и правда.