Онлайн книга «В плену безумия»
|
И в этот момент, когда он видит меня, его глаза — те самые, которые я полюбила, наполняются таким отчаянием, такой болью, что сердце разрывается… На атомы… Не думая, я бросаюсь к нему. Обхватываю руками его шею, прижимаюсь всем телом. Он здесь. Он настоящий… Любимый… Он обнимает меня так крепко, будто боится, что я исчезну. Шепчет что-то — я не разбираю слов, только чувствую, как его губы касаются моего виска… — Прости, — повторяю я, уткнувшись в его плечо. — Я испугалась. Я не знала… — Я тоже, — отвечает он, массируя волосы на моей голове. Такой же нежный, как всегда… Такой же ласковый и тёплый. Мы стоим так долго… И я не знаю, правильно ли поступила, потому что жизнь одна и я должна её ценить, но… Я его люблю… И теперь мне ещё страшнее… Глава 18 Алёна Вишнякова Мы сидим на моей кухне. За окном серый день, капли дождя стекают по стеклу… У меня в руках чашка чая, но я почти не пью, да и руки дрожат. Смотрю на Глеба. Он выглядит таким измотанным. Помятым… Сказал, что проснулся на работе. Я вообще не представляю каково это на самом деле… просыпаться вот так и ничего не помнить о своей жизни. Где был, что делал… Это просто жуть какая-то. Он молчит, будто собирает слова по крупицам. Потом начинает тихо, осторожно, словно боится, что голос сорвётся. А голоса у них определенно разные, если прислушаться. Или интонация… Манера говорить… — Мне было шестнадцать, когда родители погибли в пожаре… Я замираю… Пожар… Я не знала этого. Как ужасно… Он рассказывает. О том, как потолок обрушился и он не имел доступа в спальню, чтобы помочь родителям, от паники застыл, забился куда-то в угол... О том, как проснулся уже в больнице, а мир вокруг стал чужим. О том, что помнит не всё — только вспышки. Огонь. Запах гари. Холод пола под ладонями. Как он остался без крова, жил в гараже, как ему было некуда податься некоторое время, пока он не стал разбирать этот самый гараж… Я не перебиваю. Просто слушаю. И чувствую, как внутри всё сжимается от боли… Не своей, а его… Глаза слезятся, но Глеб не плачет… Он просто выдавливает из себя эти слова… Наверное, он не один раз их уже рассказывал… — Потом… появился он, — Глеб говорит это так, будто произносит имя врага. — Адам… Я не сразу понял, что это не я. Думал, что просто схожу с ума. Что у меня типа шизофрения или типа того… Провалы в памяти… Он объясняет. Медленно, будто раскладывает по полочкам. О диссоциативном расстройстве. О том, что сознание иногда расщепляется, чтобы выжить. О том, что Адам — совершенно другая личность. Но, судя по всему, личность, воспринимающая себя таким же парнем, как он… Оказывается, бывает по-всякому. Порой личность может быть женщиной или мужчиной в возрасте, или вообще ребёнком… Это дико звучит. Ведь тело-то одно, но, оказывается, восприятие бывает разным. Некоторые могут считать себя иностранцами и без проблем болтать на другом языке, хотя основная личность и двух слов связать на нём не может… Такие вот загадки психики. — Он появляется, когда мне плохо. Когда я не справляюсь. Когда мир давит так, что кажется, я вот-вот сломаюсь. Тогда он берёт верх. И делает то, что я не могу… — Например? — шепчу я, боясь услышать ответ. — Например достаёт деньги, как оказалось… Это он их достал. Или украл... Я не помню. Я вообще ничего не помню с того момента, как пришёл на работу. Только видел сообщение. От него… |