Онлайн книга «В плену безумия»
|
— Сможешь… Посмотри видео, как ставить… Можно очень быстро это сделать… — Звучит, конечно, супер, пока я не увижу иглу и вообще… Неужели ты думаешь, что он правда настолько опасен? Ты с ним три года жил… Он что… Убивал кого-то? — Нет, Господи… Во всяком случае, насколько я знаю… Если бы убил, то я бы здесь с тобой не сидел… — Ну вот… Он же не станет убивать меня или типа того. Я думаю, он просто… Смирится с тем, что ты не помнишь… Глеб молчит, так и не прокомментировав это… А я теперь переживаю за всё, если честно. Особенно из-за этих самых уколов. Надеюсь, ничего и никому ставить мне не придётся… Он называет мне препарат, который он принимал длительное время и пока мы едем, я читаю о нём в интернете… Столько разной информации и… Кому-то помогает, кому-то перестаёт помогать, потому что вызывает привыкание, а кому-то и вовсе служит фуфломицином… Когда доезжаем до дома, я вспоминаю, как убегала отсюда в панике и зарекалась никогда больше не возвращаться… Но вот… Иду обратно и не под гипнозом или против воли, а сама… Потому что люблю его… Держу его за руку, пока он весь обвешенный сумками, открывает для меня двери и смотрит с такой любовью, что я не знаю, где бы смогла ещё раз найти такой взгляд… Где бы я смогла отыскать это… Любовь ведь случается раз в жизни, верно? И как же тогда отпустить её, если так много чувствуешь к человеку? Мы ступаем на порог квартиры и дверь за моей спиной издаёт щелчок… Я вздрагиваю от этого, но Глеб тут же обнимает меня, уткнувшись носом в мои волосы, будто ждал этого вечность… — Слава Богу, ты снова здесь, кудряшка… Глава 20 Глеб Зимерев Мы снова у меня дома… В квартире тихо, только из кухни доносится запах томатного соуса и сыра, я готовлю для неё лазанью. Алёна сидит за столом, наблюдает за мной, улыбается. По правде говоря, я и не думал, что всё вернется на круги своя, но… Она ведет себя так, словно я нормальный в её глазах… Словно она меня любит. Хотя и жалость, к сожалению, теперь тоже проскальзывает. Особенно, с того момента, как я показал ей транки… Но сейчас она с таким любопытством смотрит на то, как я готовлю, что мне смешно… — Ты точно не хочешь помочь? — спрашиваю, оборачиваясь. Она качает головой, скрещивает руки на груди: — Я лучше просто посмотрю. Ты так сосредоточен… это мило. Я смеюсь, возвращаюсь к плите. Мило. Никогда не думал, что готовка может быть «милой». Но с ней всё меняется. Да и сама суть в том, что она у меня предпочитает, когда готовлю именно я… Сама ленится или просто не нравится готовить… Не знаю… Когда ужин готов, мы садимся есть, но едва успеваем сделать пару укусов, как её рука скользит по моей спине, пальцы зарываются в волосы. Я нахожу её губы. Поцелуй медленный, глубокий, как будто мы пробуем друг друга заново на вкус, проверяя границы и ощущения. Она перелезает ко мне на колени. Обнимает, прижимается так близко, что я чувствую её сердцебиение. — Всё в порядке? — Угу… — чуть ли не со слезами на глаза произносит… — Я так скучал, — шепчу, проводя рукой по её щеке. — Очень-очень по тебе скучал… Она улыбается, целует меня в шею, и по телу моментально прокатывается волна дикого жара. Я поднимаю её в ту же секунду, трамбую на стол, мы звеним тарелками. Она смеётся, но смех обрывается, когда я начинаю целовать её снова… Шею, плечи, ключицы. Каждое прикосновение заставляет её вздрагивать, прикрывать глаза и шумно дышать… |