Книга Кофе по понедельникам, страница 102 – Алексей Котейко

— Не то, чтобы устала, но набегалась, – она задумчиво посмотрела вниз, пошевелила пальцами. – Не умею выбирать обувь. Вечно со мной так: посмотрела, примерила – всё удобно, отлично, беру. А потом начинаешь носить – и обязательно вылезает какой-нибудь косяк. Причём не сразу, а через месяца два-три, когда вроде бы новая пара должна уже окончательно сесть по ноге и немного разноситься. Тут у меня кухня, тут гостиная, а там, дальше – спальня. Ну и ванна с туалетом. Когда въехала, они были раздельные, зато теперь там просторнее, и большая угловая ванна, – Лера снова быстро взглянула на парня. – Хватит места для двоих.

— Замечательно, – улыбнулся Серёга.

Её квартира оказалась угловой, из-за чего комнаты имели несколько странную планировку, но их геометрия с лихвой искупалась действительно потрясающими видами. Прямо напротив входной двери, за аркой, располагалась просторная кухня с большим эркером, в котором был установлен широкий приземистый диван, явно сделанный на заказ, и потому точно повторяющий ломаную форму эркера. Слева можно было разглядеть реку и Архиерейский мост вдали, прямо – усаженный домиками бугор Фабричного городка, а справа – склон, по самой кромке которого тянулись высотки Октябрьского проспекта.

Ещё один арочный проход вёл из просторного холла в гостиную, а у самого входа помещалась дверь санузла. Гостиная приходилась непосредственно на угол «свечки», и потому имела форму пятиугольника. Слева от арки здесь почти всю стену занимал открытый стеллаж с книгами, дальше, у окна, глядящего на Фабричный городок, стоял письменный стол с забытым на нём ноутбуком. Справа от арки помещался большой угловой диван, дальше, у окна на рыночную сторону, имелся глобус на высоких ножках, в котором Сергей без труда узнал мини-бар. Напротив дивана на диагональной стене комнаты висела большая плазма, а у дальнего окна, возле глобуса, находилась дверь в спальню.

— Хочешь выпить? – поинтересовалась Лера, подходя к мини-бару. Со щелчком откинулась крышка, блеснули несколько спрятанных внутри разномастных бутылок.

— Виски с колой и льдом.

— Серьёзно?

— Да нет, конечно. По-моему, мы давно прошли ту стадию, когда нужна рюмочка для храбрости.

Женщина тихонько фыркнула и, достав два широких шестигранных бокала, в оба плеснула понемногу янтарной жидкости. Потом, поманив Сергея за собой, прошла на кухню, по пути мимоходом опять повернув выключатель, и приглушив освещение до минимума. Темнота тут же выступила из своих углов, скрадывая детали и оставляя лишь общие очертания предметов. Лёд тихо звякнул, ударившись о толстое стекло; зашипела газировка. Лера протянула один бокал парню, и легонько чокнулась с ним.

— Я предпочитаю бурбон.

— Я это запомню.

Она усмехнулась, пригубив из своего бокала. Потом посмотрела на Серёгу и, вдруг разом посерьёзнев, сказала:

— Не думай, что я каждый вечер, возвращаясь с работы, напиваюсь вдрызг в одиночестве. Сегодня мы отдыхаем, и это – не рюмочка для храбрости, а просто маленький штрих к хорошему вечеру.

— Я ничего такого и не думал. Почему именно бурбон?

Лера покачала бокал в руке.

— Так получилось. Хотя я вообще-то не великий знаток и ценитель. Мой выбор больше на уровне «нравится – не нравится». Например, совершенно не переношу водку, даже по запаху.