Книга Кофе по понедельникам, страница 138 – Алексей Котейко

— Нет.

— Врёшь.

— Нет, правда, не все. Кое-что осталось, – он хитро подмигнул сероволосой, и с беззаботным видом принялся разворачивать салфетку.

— Серёж… – Жанна замялась, теребя уголок своей салфетки. – Только ты не обижайся. Просто я прекрасно понимаю, что есть девушки, которые ждут подарков, и даже по их щедрости оценивают парней. Но это не про меня.

— Я знаю, – с серьёзным видом ответил Серёга, кладя ладони на стол и глаза в глаза глядя на девушку. – И я совсем не собирался понтоваться перед тобой. Всё это от чистого сердца. Если я могу дать, сейчас и здесь – я даю. Не смогу – буду просто приходить к тебе с шоколадкой. Или с пустыми руками. Если примешь.

— Договорились. Приму, – тёмно-синие глаза заискрились улыбкой.

* * *

Оба прекрасно знали, чем закончится этот вечер, и оба были одновременно готовы и не готовы к предрешённому финалу. Они долго бродили по улочкам старого центра, и поцелуи с каждой новой остановкой в укромных уголках становились всё дольше, всё требовательнее. Сергей ощущал на губах Жанны вкус выпитого ими вина, вдыхал лёгкий аромат сирени от её волос, чувствовал под пальто тепло тела.

— У тебя же собакен ещё не выгулян! – спохватилась девушка, и они отправились домой, чтобы захватить с собой Фагота – и снова кружить по переулкам, снова целоваться, растягивая предвкушение того, что должно было последовать за поцелуями.

Город окончательно уснул, когда три тёмные фигуры поднялись на лифте и по лестнице в маленькую квартирку под самой крышей, и лежанка Фагота была перенесена в ванную. Пёс с видом покорности судьбе устроился на ней и тут же прикрыл глаза, а Серёга вернулся в комнату, притворив за собой дверь.

Жанна стояла у дивана, разглядывая накрытый тканью мольберт с установленным на нём холстом. На это их первое настоящее свидание девушка одела белое трикотажное платье, выгодно подчеркнувшее каждый изгиб её тела. Сергей подошёл сзади, обнял Жанну за талию и привлёк к себе.

— Ты закончил её? Свою конкурсную работу?

— Да.

— А почему она накрыта?

— Покажу после.

— Как скажешь, – девушка повернулась в его руках, секунду-две всматривалась в лицо парня, потом поцеловала его в нижнюю губу. – После так после.

Платье заканчивалось чуть выше колен, и художник, подавшись вперёд, осторожно потянул его за край вверх. Жанна подняла вверх руки, позволяя Серёге снять с неё платье, и мягкий трикотаж полетел на диванчик. Девушка осталась в чёрном кружевном боди и чулках, и у художника перехватило дыхание; он замер на несколько мгновений, и только глаза его быстро перебегали вверх и вниз, будто стремясь запечатлеть в памяти каждое пятнышко света и тени, из которых был создан этот образ.

Жанна вскинула голову, жестом одновременно вызывающим и неуверенным, и он снова привлёк её к себе, целуя губы, ещё не успевшие согреться после улицы щёки, шею. Тонкие пальцы взъерошили волосы парня, чуть нажали, направляя его ниже. Поцелуи переместились на грудь, небольшую и приятно округлую, с затвердевшими от возбуждения сосками. Почувствовав прикосновения к ним языка – лёгкие, как порхание бабочки – девушка задышала чаще; Сергей посмотрел вверх и увидел смотрящие на него с прищуром, уже затуманенные, глаза, и блуждающую на губах улыбку.

— Ммм… – промычала Жанна, тряхнув головой.