Книга Последняя жертва, страница 31 – Руби Райт

— Дочь подруги — моя крестница, я не могу иначе. По возможности стараюсь баловать.

— А меня? — Его глаза прожигают меня, и я не могу не смотреть в них в ответ. Поддаюсь…

— Что тебя? — Не понимаю, куда он клонит. Точнее мне все ясно, но этот разговор…

От его тона, слов я чувствую, как начинаю дышать быстрее. Возбуждаюсь. Чертово возбуждение только от его красоты, голоса.

— Меня не хочешь побаловать? — Илья чуть напрягает скулы, но выдает себя милой улыбкой. Готова поклясться, он чувствует то же самое, что и я сейчас.

— Возможно…

— Уже возможно? — Чуть встрепенулся. Мне кажется, или он ждал отказа? Но быстро подстроился под мой ответ. — Мне тебя забрать от подруги?

— А что ты скажешь родителям? Куда поехал?

— Ха, я обычно не отчитываюсь. — Ну вот опять он стал немного надменным. Его веселит мое беспокойство? Я за полное неразглашение. Не хватало мне еще разговоров там всяких за столом.

— Тогда я напишу. — Начинаю вдруг сильней флиртовать взглядом, своим телом, хотя сильнее, кажется, некуда.

Мое влечение к Илье такое мощное, что пробегает мысль забить на Эльку и снова оказаться в его квартире.

Подхожу совсем близко. Почти вплотную. Да, я хочу пройти, но еще больше я хочу…

Тянусь к нему и легонько касаюсь губ. Прижимаюсь к теплой плоти и замираю на долю секунды. Поцелуй такой, чтобы он лишь чуть зажег меня, предвкушающую нашу будущую встречу. И она будет.

Я знаю…

— А-а-а, Элька, как я соскучилась! — Напрыгиваю на подругу, как только она распахнула входную дверь. Одной рукой сдавливаю ее шею, а вторая в стороне, держит пакеты с подарками.

— Задушишь, отпускай, — говорит подруга, но меня не отталкивает. Знает же, что пока я не наобнимаюсь, ей от меня не отвязаться.

— Еще секунда. Ну ладно, все. — Отпускаю Эльку и вручаю ей пакеты. — Где моя крестница?

— Сонька, теть Соня пришла! — кричит Элька, а я все еще не могу привыкнуть к тому, что подруга назвала ребенка в мою честь. Ну в честь, конечно, громко сказано. Эльке всегда нравилось мое имя, даже не знаю, чем. По мне, оно довольно обычное и не особо редкое. Сейчас люди называют детей очень специфичными именами, а мое — примитивное.

Я вижу, как ко мне бежит черноволосая красотка. Последний раз мы встречались так давно, что сейчас я пребываю в шоке от того, как она выросла. Да, видеосвязь совсем не передает реальную картинку.

Соня с разбега запрыгивает мне на руки и крепко обнимает. Я тоже обнимаю девочку в ответ, но чуть сгибаюсь от тяжести ее немаленького тельца. Вымахала дай бог…

Но она нереально красивая. С рождения такая. Элька когда родила ее, сразу фотку мне скинула, и я поняла, что девчонка вытянула счастливый билет по жизни. Идеальный младенец…

Всю свою черноту, волосы, карие глаза, малышка взяла от Эльки. Длинные черные ресницы, выразительные брови. Но черты лица у нее Тимохины. Такая же невероятно милая улыбка, как у отца. Такие же круглые глазки.

В общем, Софка, как коктейль — всего в ней по чуть-чуть от обоих родителей и только самое лучшее.

Отбираю пакеты у Эльки, кроме одного, и вручаю крестнице. Та, естественно, хватает подарки и тащит их в гостиную, для тщательной распаковки.

— Это мне? — спрашивает подруга и осторожно заглядывает в тот единственный пакет, который остался у нее в руках.