Онлайн книга «Стамбул — Москва. Я тебя не отпускал»
|
И знаете, я была счастлива… Меня не пугало, что у этого ребенка не будет отца, потому что о том, чтобы сказать Серкану, не могло быть и речи. Глубоко внутри меня грела другая мысль- что бы ни было, как бы ни поступил со мной Серкан, этот ребенок был желанным, а еще… Еще он был от любимого человека, в объятиях которого я горела. В сухом остатке именно это было важно… На удивление, именно фактор ребенка стал своего рода главным противовесом на моей восстановившейся чаше весов внутреннего спокойствия и гармонии. Я просто жила. Просто ловила красоту момента в обыденном. И оглядывалась назад. Вспоминала его, но… без боли и обиды. Моя тоска была неизбежной и очень искренней. И совершенно не наполненной злом. Я помню его глаза, когда он уезжал. Он не врал, нет… Мы оба были искренни в своих чувствах. Может в этом и был секрет моей гармонии сейчас? — Оля… — в его сиплом тихом голосе сожаление и скрепящая боль. — Уезжай, Серкан… Так правильно… — Оля… Я не могу… Не могу тебя отпустить… — Отпусти, Серкан… Потому что я не смогу принять эту правду никогда… Я не создана для неё. Пусть лучше мы останемся друг для друга горячими любовниками, чем холодными врагами… Его губы сначала сжались, а потом дрогнули… — Не отвергай мою помощь… Я лишь искренне улыбнулась в ответ. — Ты уже максимально мне помог… — Что разбил нам обоим сердце? — печально усмехнулся он. — Что заставил вспомнить о том, что я женщина…. — Моя женщина, Оля! Черт возьми, только моя! Я нервно дернула головой. Наверное, это единственное мое нервное действие в этом обреченном разговоре. — Нет, Серкан. Не твоя… И открою тебе тайну- кто бы что ни говорил, женщина, которой приходится в той или иной форме делить своего мужчину с другой, уже не может быть его… Потому что невозможно быть верным тому, кому не веришь… А доверия, как ни крути и каких восточных кровей и воспитания бы ты ни был, в таких парах нет. Все время приходится держать руку на пульсе… Я буду помнить то наш последний диалог. Потому что он тоже нашей красивой истории, пусть и имевшей одну неказистую главу… Написанную не мной и не Серканом. Написанную непримиримыми противоречиями наших культур… Телефон пискнул на поверхности стола. Я уже не дергалась. В течение месяца он звонил и писал, не прекращая, но я не сдавалась. Это было крайне непросто. Казалось бы, протяни руку- и ответь, но… Я держала себя… Изо всех сил держала. Рыдала, кусала губы в кровь. Но держала, чтобы не сорваться и не дать ему повод думать, что все возможно обернуть назад… Потом он перестал звонить… И вот, снова турецкий код… Незнакомый номер. Неужели так тривиально? Не похоже на него… Разумеется, не отвечаю… Звонят снова и снова. А спустя еще минуту на экране теперь вспыхивает сообщение. — Ольга, здравствуй! Это Альмагюль. Нам нужно срочно переговорить! 37. Кровник Я сначала даже немного тушуюсь. Не ожидала ее звонка. Не ожидала этого взволнованного, даже я бы сказала, полуистеричного тона… Что случилось? Голову тут же наводняют сто тысяч мыслей. Вдруг они как-то узнали про беременность… Исключено… Я пошла к своей крестной, маминой подруге- гинекологу, которая мои данные даже в базу не заносила. Я еще только думала, как же мне так все организовать, чтобы он точно ничего не узнал… |