Книга Тень, ключ и мятное печенье, страница 11 – Алексей Котейко

После пятой попытки Равири окончательно распрощался с мечтой об университетском дипломе. Он успел стать хорошим химиком-практиком, и этого у него не смогли бы отнять даже университетские профессора, не желавшие видеть мантию выпускника на уроженце Южного континента. Собственно, господин Те Каеа уже подумывал о возвращении домой, когда случай свёл его с Лайошем Шандором, и заставил задержаться в городе. Впрочем, как Равири поведал Виоле, он рано или поздно всё-таки надеялся отойти от дел, и уехать обратно на родину.

— У тех, кто когда-то основывал первые человеческие университеты, тоже ведь не было никаких дипломов, – заметил он с улыбкой. – Почему бы и мне не попробовать. Позже, когда стану старше и солиднее.

— А сколько вам сейчас? – поинтересовалась девушка.

— Шестьдесят четыре. По меркам моего народа я едва-едва преодолел рубеж беспечной юности. Самое время браться за ум и заниматься делом.

Виоле было интересно узнать и про двух других компаньонов, но на её расспросы Равири с самым серьёзным и даже несколько недовольным видом заявил, что если она хочет что-то узнать – пусть спросит у них.

— Каждый имеет право решать сам, кому, что и когда рассказывать о себе, – пояснил драконид, заталкивая на свой стол стопку папок с литерой «Ч».

В этот момент дверь конторы открылась и на пороге появился Абекуа Вути. Равири мельком взглянул на компаньона, замер, вытаращившись в изумлении, и пробормотал:

— Чтоб меня…

Одна из папок с тихим шелестом съехала с верхушки стопки и шлёпнулась на пол.

Муримур, и вчера днем, и сегодня утром щеголявший тщательно отутюженным костюмом и роскошно расшитым жилетом, сейчас походил на существо, вырвавшееся из адского пекла. Правый рукав его плаща-пыльника был почти оторван по плечевому шву, на жилете недоставало нескольких пуговиц. Шляпа была помята, прежде начищенные до блеска ботинки – в подсохших мазках глины и какой-то зеленоватой грязи. В довершение на левой щеке господина Вути краснела уже взявшаяся корочкой запёкшейся крови глубокая царапина.

— Абекуа! – ахнул драконид. – Я и не знал, что коты дерутся не только весной, но и осенью!

— Очень смешно, – оскалился муримур. – Обхохочешься.

— Откуда ты в таком интересном виде?

— С Тюремной Горки, – буркнул Вути, пристраивая шляпу на вешалке.

— Тебя пытались арестовать?

— Ты хочешь к простуде добавить пару переломов?

— Ладно-ладно, не горячись. Ну а если серьёзно – были неприятности?

— Были. Но не у меня, – муримур, расстёгивавший плащ, поморщился от боли.

Виола заметила, что он старается поменьше нагружать правую руку. Не дожидаясь просьб, девушка подошла к Абекуа, помогла ему снять плащ и повесила пыльник на вешалку.

— Я могу это зашить.

— Благодарю.

— Давайте я осмотрю вашу руку?

— Не обижайтесь, барышня, но у Равири опыта больше. Однако спасибо за участие.

Муримур сел на диванчик для посетителей, а драконид, достав откуда-то из своего стола шкатулку с медикаментами, уже хлопотал над правой рукой компаньона.

— Хм… Если спросите меня, я скажу, что это последствия удара тупым тяжёлым предметом. Кирпич?

— Не догадаешься, – глаза муримура хитро блеснули, под верхней губой на мгновение показались и снова скрылись клыки. – Подъёмный кран.

Равири, перебиравший какие-то баночки в аптечке, поднял глаза.