Книга Тень, ключ и мятное печенье, страница 56 – Алексей Котейко

Они осторожно начали пробираться с террасы на террасу соседних зданий, пока, миновав пять или шесть домов, не обнаружили то, что искали. На двух вбитых в стену металлических штырях были растянуты верёвки, на которых колыхалось на ветру постиранное бельё.

— Тонковаты, – с сомнением сказал Шандор, ощупывая верёвки.

— Зато много, – возразил Абекуа. – Переплетём по три вместе. Тут до земли метров пятнадцать, не больше.

Они сняли бельё и сложили его в углу террасы, а затем принялись сплетать срезанные верёвки по три вместе, получив в итоге прочный канатик, которого хватило почти до самой земли. Вути привязал их творение к балюстраде террасы, и уже готовился начать спуск, когда позади компаньонов раздался скрип двери, а затем женский крик:

— Воры! Воры! Держите их!

Шандор изумлённо обернулся. У распахнутой двери на террасу стояла старушка в ночной сорочке, кардигане и чепце, держа в одной руке каминную кочергу, а в другой свечу на подставке, и, подслеповато всматриваясь в человека и муримура, истошно вопила.

— Мадам! – протестующее воскликнул Абекуа. – Ваше бельё вон там, в уголке!

В ответ старушка запустила в него свечой и, размахивая кочергой, кинулась в атаку. Муримур, перемахнув через парапет, быстро заскользил по канату вниз.

— Воры! Держите их! Воры! – старушка теперь переключилась на Шандора. Двигалась она, по счастью, медленно и не слишком уверенно, так что сыщик, обежав прачку по широкой дуге, вслед за компаньоном оказался за парапетом на канате.

— Мадам! – рявкнул он напоследок, перекрывая вопли старушки. – Ваше бельё – вон там!

Кочерга опустилась на парапет в нескольких сантиметрах от его головы, и Лайош посчитал за лучшее не продолжать дискуссию.

От поднятой тревоги дом уже просыпался. В некоторых окнах затеплились огоньки дешёвых сальных свечей, а на террасе второго этажа даже открылась дверь, и в проёме появилась фигура с дробовиком в руках. Шандор, вцепившись левой рукой в канат, выхватил правой из кармана револьвер и выстрелил в воздух. Дверь тут же захлопнулась.

Когда человек и муримур спустились на землю, дом уже проснулся окончательно, а поднятая тревога перекидывалась на соседние здания. Рядом с компаньонами разбился пущенный с террасы цветочный горшок.

— Да твою ж! – не выдержал Вути. – Не хватало ещё подохнуть в Лайонгейт от руки безумной бабки!

Внутренние дворики квартала, вопреки опасениям Шандора, оказались не разгорожены заборами, так что компаньоны помчались прочь от переполошённого дома, через анфиладу низких арок, мимо выплывающих из туманной пелены бочек, ящиков, тележек, нагромождений какого-то хлама под грязными полотнищами брезента, мимо водяных колонок, маленьких сарайчиков и кособоких голубятен. Однако звуков погони позади не было, и постепенно человек и муримур перешли сначала на трусцу, а потом и на шаг.

— В кого это ты палил? – поинтересовался Абекуа.

— Ни в кого, просто в воздух. На втором этаже кто-то хотел выскочить на террасу с дробовиком.

— Весёлый домик, – хмыкнул Вути.

— Выстрел вроде бы должен был услышать патруль. Да и нашу стычку у пристани тоже, – задумался вдруг сыщик. – Интересно, почему это на стрельбу на набережной никто не отреагировал?

— А ты вообще видел за этот вечер хоть одного констебля в Лайонгейт? Кому охота зазря рисковать собственной шкурой. Скорее всего, парни из Канцелярии большую часть ночи сидят у себя в опорном пункте, в триумфальной арке. Тепло, светло и спокойно.