Книга Мои дорогие привидения, страница 70 – Алексей Котейко

Парень непонимающе заморгал. Котофей вздохнул и пояснил:

— Этим можно загнать в тьму первобытную. Вот так вот, за здорово живёшь. Повторяй мне изо дня в день, кто я есть – и перестану говорить. Буду по лесу диким шататься, да орать с деревьев, да на прохожих бросаться. Настю обидь – не раз, конечно, и не два, но если обижать постоянно – и поселится она действительно в болоте. Не «на», а «в», – подчеркнул Баюн. – Ну а Ксанка – она молодая, к тому же вспыльчивая, ей раза хватило, чтобы взорваться. Да уж… Наворотила дел, но мне вот теперь даже стыдно. Я же как все думал – чисто дурость, а оказалось – нет.

— Сам учил не торопиться с выводами, – грустно улыбнулся Федя.

— Уел, – оскалился кот. – Задним умом все богаты, винен.

Он глубоко задумался, и даже принялся цыкать зубом, напряжённо глядя в стол перед собой.

— Я уж по-всякому прикидывал, – попытался помочь писатель. – Думал, что дело в прямом вмешательстве – но нет. Девочке ведь на вокзале я сам не дал на рельсы упасть. Думал, дело в том, что Оксана – коренная жительница, да ещё и в собственную судьбу вмешивается…

— Нет, это тут совершенно ни при чём, – лохматая голова качнулась из стороны в сторону. – Она же по ту сторону нематериальная, как и все мы. Привидение как есть. Ничем, кроме перехода, Ксанка в это дело не вмешивалась, и не могла бы вмешаться. Нет, – кот посмотрел на парня. – Тут почти наверняка дело в дате. Не там вы искали.

— Слушай, но нельзя же всю жизнь Дмитрия перетряхивать! Тем более что даже не знаю, чего искать.

— Какое-то событие, которое поссорило троих участников этой истории. Раз Оксана узнала об измене парня от Ольги – уж прости, Настя, но как есть – то Ольга тут тоже полноправный участник. Дмитрий ей нравился, она его рада была бы отбить, да не могла. Как долго это продолжалось?

— Ой, да со средней школы ещё! – Федя сделал большой глоток травяного отвара, чтобы промочить вконец пересохшее горло. – С тех пор, как…

Пальцы писателя разжались и эмалированная кружка, звякнув, плюхнулась на стол, расплескав часть целебного напитка. Кот и кикимора с удивлением посмотрели на него.

— Знаю! – глаза Фёдора загорелись лихорадочным блеском. – Кажется, я знаю, какой день нам нужен!

Баюн порывался отправиться с ними, но Настя на правах лекаря настояла на том, чтобы кот остался. После безумной гонки по лесу – которая только одна и была способна доставить кикимору с топи в Луговец за считанные минуты – разбитые лапы зверя не позволяли ему даже ходить, не прихрамывая. Так что в первое сентября искомого года кикимора и писатель отправились вдвоём.

Фёдор не удивился, увидев, что их выход в который раз оказался в курином загончике.

— У вас тут курокрадов не бывает? – поинтересовался парень.

— Кого-кого? – наполовину удивлённо, наполовину насмешливо посмотрела на него Настя.

— Ну, есть же конокрады, овцекрады. А нас за курокрадов примут. Вот попомни моё слово! Наша дверка к этой калиточке прямо-таки неровно дышит.

Девушка фыркнула, но ничего не сказала.

Дубовеж уже начал преображаться осенней красотой. Воздух был прохладным и свежим. Небо, будто выгоревшее за летние месяцы на солнышке, казалось, стало выше и прозрачнее. По бледно-голубому полотнищу высоко-высоко полз крохотной букашкой самолёт. Школа в городе была всего одна, и за нынешний бесконечно долгий день Фёдор настолько хорошо изучил дубовежскую географию, что теперь сам вёл Настю за собой, а не следовал за ней.