Книга Четыре года до Солнца, страница 24 – Алексей Котейко

Всего этаж вмещал двадцать машин, расположенных в два ряда друг напротив друга. На четвёртом ярусе все двадцать мобилей предстали перед кадетами покрытыми тонким слоем красного марсианского песка. В нескольких боксах уже шла работа: передняя стенка была поднята, внутри ставшего герметичным бокса клубились облака пыли. К сержанту немедленно подскочил рядовой, тоже с нашивками технических служб.

— Пополнение, – усмехнулся сержант и удалился.

— Ты и ты, – десантник ткнул пальцем в Арно и Гилфрида. – Оденете защиту и цепляйте страховку. Будете работать с подвесов. Вы двое – с пола.

О'Тул подошёл к одному из металлических шкафчиков, выстроившихся вдоль внешних стен гаража. Внутри на полках лежали тонкие, но прочные защитные костюмы, маски с фильтрами воздухоочистки и рабочие пояса. Отыскав подходящий размер, Гилфрид натянул защиту, подогнал крепления маски. Рядом одевались приятели – Юхан был похож на подтаявшего зефирного человечка; Арно, управившийся быстрее остальных, уже застёгивал пояс; Колбрейн возился с ремнями маски, ворча себе под нос.

— Шустрее, время тикает! – раздался голос рядового.

Вслед за ним парни подошли к одному из боксов. Здесь стоял транспортный мобиль на гусеничном ходу, приземистый и широкий, вмещавший в себя полный штатный взвод – пятнадцать бойцов во главе с сержантом, двух водителей, связиста и двух медиков.

— Пылесосы и воздуходувки, – десантник указал на металлический короб у въезда в бокс. – Общая система фильтрации запустится, когда закроется передняя панель. У вас пятнадцать минут на всё, и мобиль должен сверкать.

Он вышел, нажал на кнопку снаружи и передняя панель скользнула вверх. Тут же бокс наполнился приглушённым гулом заработавших на потолке и в полу вентиляторов. Из-под ног кадетов ударил столб воздуха, взметнув облака песчаной пыли, которые стали быстро втягиваться в верхние заборные решётки.

— Нечего резину тянуть, – голос Арно, искажённый маской, звучал скрипуче. Француз открыл бокс, достал из него воздуходувку и передал Юхану. Потом вытащил ещё одну для Колбрейна. Тот молча принял агрегат и повертел в руках. Система фильтрации тем временем успела высосать из бокса первую, самую лёгкую пыль. Леон махнул Гилфриду, и они прошли в дальний конец, где в углу болтались несколько металлических тросов с системой подвесов. Рядом свисали с потолка два пульта управления на длинных гибких кабелях.

— Рулить буду я, – заявил француз, цепляя крепления к поясу О'Тула.

— Ты уже с таким работал?

— Нет, но знаю, как тут и что. Вы пока лезьте под брюхо и выдуйте оттуда всё, – повернулся он к Юхану и Эндрю. – Мы работаем сверху. Потом берём пылесосы и добиваем оставшееся.

Арно нажал кнопку на пульте, и Гилфрид почувствовал, как ожившие тросы потянули его вверх, поднимая над мобилем. Ирландец перехватил поудобнее воздуходувку и, щёлкнув переключателем, нацелился на ближайший участок покатой лобовой брони.

Для многих новобранцев настоящим открытием становится низкий уровень автоматизации Академии в ряде бытовых вопросов. Злые языки даже поговаривают о чрезмерной экономии и даровом труде кадетов. Однако такой взгляд в корне неверен, и я объясню, почему.

Во-первых, армия разумно подходит к использованию имеющихся в её распоряжении ресурсов. Во-вторых, существуют традиции, уходящие своими корнями в далёкое прошлое. Выполнение различных работ наказанными кадетами – одна из таких традиций. В-третьих, любой автомат рано или поздно ломается.

Г. О'Тул «Полвека в строю: воспоминания звёздного маршала»