Книга Потерять горизонт, страница 56 – Юлия Резник

По большому счету, я даже не знаю, на кой черт так старательно держу лицо. Зачем угождаю ему, готовлю любимые блюда и широко улыбаюсь? Я будто пытаюсь ему доказать, что я лучше, в надежде, что тогда он останется со мной, не уйдет и не предаст снова. И от этих мыслей меня буквально выворачивает наизнанку. Да-да, мне становится мерзко от самой себя. Ведь… Серьезно, Дана?! Ты реально торгуешься? Пытаешься заслужить верность? Любовь, да? Как будто это премия за хорошее поведение!

В груди болит. Жжет невыносимо. Вряд ли я смогу это терпеть…

Смотрю, как Герман возится у мангала, как он ловко переворачивает шампуры и ругается сквозь зубы, когда тлеющие угли неожиданно вспыхивают, угрожая сжечь наш ужин. Губы растягиваются в улыбке… Такой он… мой. Родной до боли! Но почему-то я едва справляюсь с диким желанием перевернуть этот чертов мангал прям на него! Чтобы он почувствовал, как мне больно! От того, что ни черта он больше не мой! От того, что он все так бездарно все похерил… Ведь это ошибка, да? Глупая, жестокая ошибка, о которой он и сам наверняка уже пожалел. Скорее всего. Только мне совершенно не легче от этого осознания.

— Все хорошо? — широко улыбается.

Сказать? Нет? Ну… Мы же, наверное, можем поговорить, а?

Нет. Не могу. Пока не могу. Может быть, потом. Позже. Когда страсти хоть немного улягутся.

Натянуто улыбаюсь.

— Ага. Супер. Погода и правда сказочная.

Герман усмехается. Срезает с шампура кусок мяса. Дует на него и протягивает мне:

— Ну как? Достаточно?

Послушно открываю рот. Жую. Киваю… Димка говорит какую-то пошлую шутку. Файб смеется, обнимая меня за талию. Мамочки, что ж так хорошо? И почему одновременно с тем так плохо?

— Давай, Зим, тащи блюдо… Будем снимать.

И я тащу. Блюдо, салфетки. Расставляю все на столе. Наливаю соус.

Я будто раздваиваюсь. На внешнее и то, что происходит внутри. Там я задаю вопросы, на которые не хочу знать ответов. Там я репетирую разговоры, которые никогда не решусь начать. Там я уже собираю чемодан. И там же разбираю его обратно, потому что куда я пойду? И зачем? Если там его не будет?

И наверное, в этом всем самое страшное даже не ревность, а сомнение в себе самой. В том, что я правильно понимаю реальность, раз уж однажды так жестоко ошиблась.

В растерянности смотрю на наш стол, на идиотскую скатерть в клеточку, на Димку, с аппетитом уплетающего пирожки. И понимаю, что если бы можно было остаться вот здесь, конкретно в этом отрезке жизни, без прошлого и будущего, я бы согласилась, даже зная, что это самообман. Жаль, это невозможно.

Из невеселых мыслей меня выдергивает резкий спазм. Даже на секунду дыхание сбивается — так это неожиданно. Успеваю даже перепугаться, прежде чем приходит знакомое, тянущее ощущение внизу живота, которое ни с чем не перепутаешь.

— Я отойду на минутку.

Бегу в туалет. Снимаю штаны с трусами, и сомнений не остается. Месячные приходят ровно тогда, когда им и положено. Даже тут я не знаю, что чувствую... С одной стороны, я вроде как до сих пор не готова к беременности. С другой, когда я сама это контролировала, было спокойней. Сейчас же накатывает липкий страх. А почему так? А вдруг с моей фертильностью что-то не так? Звучит как бред. Знаю. Как знаю и то, что после долгого приема таблеток иной раз приходится подождать, прежде чем все получится. Но, видимо, измена Файба успела так меня подкосить, что мыслить рационально не получается.