Онлайн книга «Потерять горизонт»
|
Меня будто по голове приложили. — Умерла твоя мать, — медленно произношу я. — Ты правда думаешь, что в такой момент я мог… — А где ты был, Герман? — перебивает она. — Вот просто скажи. Где. Ты. Был. Я открываю рот и… закрываю его обратно. Вот она. Та самая точка. Где любое слово может все разрушить. — У той страшной врачихи, вот где! — Только в тот раз. И то! Знаешь, почему я там очутился?! Да потому что нажрался так, что на ногах не стоял! Не было у меня с ней ничего. — Ну, да. Конечно. Опять я виновата… — А ты не виновата?! В той ситуации, Зима? Ты не виновата? А в этой?! Какого хрена? Только не говори, что это такая месть… — Ну, почему же сразу месть? Думаешь, моя жизнь вокруг тебя вертится?! Думаешь, мне не мог понравиться… — Остановись! — рявкаю, снова ее на себя дергая. — Просто заткнись сейчас, Зим. Иначе мы таких дров наломаем, что это будет уже не исправить. Она дрожит. Я дрожу. Это, сука, что-то немыслимое. Я просто разваливаюсь на части. У меня кишки в узел завязываются, стоит подумать, каких дел могла наворотить эта дурочка мне назло. Во рту сохнет от фигачащего в крови кортизола. — По поводу второго случая. Ну… С ЧП, — хриплю, потираясь носом о ее скулу. — Меня в ту ночь в контрразведке пытали. Телефон у меня забрали. Все, что было связано с тем объектом, засекретили сразу же. Я сказал, что в офисе, потому что другого варианта у меня не было. Да и какая разница, где я по работе, Зим?! Ну, твою мать! Что же с тобой так сложно? — Со мной?! — искренне оскорбляется Дана. — А у меня с тобой прям не жизнь, а малина! — Так, ладно. Ты с темы-то не съезжай, — растираю лицо ладонями. — Как есть говори… Что это всё означает? — Что всё? — Ну, фотки эти? — Не буду… объяснять. — Дана! — Что?! Герман, ты ночевал с другой бабой! — орет она. — Ну-у-у, мой косяк. Да. Но я говорю тебе, что ничего не было. — Ты с ней меня обсуждал! Меня… С ней. Этого не может быть, но, кажется, у меня от стыда начинают дико гореть щеки. — Ну, я как с врачом же, Зим… — Ой, да не ври! И если ты напился до поросячьего визга, то как можешь быть уверен, что у вас было, а чего не было?! Дана срывается. Швыряет в меня какой-то хренью со стола. То ли вазочкой, то ли подставкой под салфетки. — Все, Герман! Это последняя капля. Я так больше не могу. Не могу… Ну тебя к черту… Она отталкивает меня и бросается вниз. Собирать вещи! — Хрен ты куда уйдешь! Забыла, что обещала?! Или Столяров до того понравился, что… — несет меня. — Да! Ясно?! Понравился! — орет в ответ Зима. — К нему и пойду. — Черта с два! Я затаскиваю ее в спальню и, не зная, что буду делать, но хорошо понимая, что если продолжу в таком духе и дальше, натворю лютой херни, тупо ее там закрываю. А потом закрываю и дом на замок замок, которым мы до этого не пользовались, предварительно забрав с собой запасные ключи. Не помня себя, марширую к машине. Кажется, до Даны, наконец, доходит, что наша ссора может дерьмово закончиться. — Герман, ты куда? Гера! Слышишь?! Немедленно вернись… Давай поговорим, Гера, — выкрикивает в открытое на проветривание окно. — У тебя был шанс. Теперь я буду говорить не с тобой. — Герман, ты совсем, что ли?! Умоляю, остановись. Не делай глупостей, Гера… Ты с-совсем, что ли, Герман?! — Форточку закрой. Дует. |