Книга Дочь друга. Порочная связь, страница 70 – Хелен Кир

— Хватит, Алис. Понял я.

И так каждый раз. Демидов говорит, что все предельно ясно, но приезжает снова и снова. Устала от него, как от горькой редьки. Разогнать совсем не получается. Мне кажется, что его самого эти приезды мучают. Искренне пытаюсь сообразить зачем Сашке наши ни к чему не приводящие встречи, но не выходит.

Наше общение весьма странное. Мы в большей степени как друзья себя ведем. Вижу, что отболело у него давно. Но в определенный момент Сашу перемыкает, и он начинает вновь гундеть о взаимности чувств. Идиотизм на выселках просто.

— В последний раз беседуем на эту тему. Наши отношения не перейдут ни в какую стадию. Запомни. Дружить сможем, но на большее не рассчитывай.

— Уверена? — опять свое гнет.

— Саш!

— Все. Не бушуй. По крайней мере сделал все, что мог. Хочешь вариться одна в сложностях, мешать не стану.

— Да какие сложности? Все хорошо у меня.

Саша смотрит на меня, как на умалишенную. Вызывающе отзеркаливаю. Да, я отказалась от папиных денег и живу только на свои доходы и что? Кстати, зарплата неплохая, жаловаться грех. На данный момент веду блоги-развивашки для деток. Еще немного и начну приличные деньги зарабатывать. Не водопадом польется, но вполне себе замечательно можно существовать.

— Сменила океан на Черное море и радуешься?

Нет, он неисправим.

— Саша, я всю Европу исколесила и много, где была. Родину тоже не мешает посмотреть. Я же не говорю, что откажусь от дальнейших путешествий. Успею. Такой сейчас период у меня, и я сама так решила. Так что не страдаю, поверь. Зато с людьми новыми познакомилась.

— Да уж!

— Хватит, — осекаю его, потому что бесить начинает, — не веди себя, как заправский богатый отпрыск родителей. Прекрати надменного мудака из себя строить. Сноб!

— Какой сноб? Я правда не могу понять, что ты вдруг самостоятельной такой решила стать? Живешь, как отшельница. Что за жизнь у тебя? Ты в ней радость видишь? Повесила на себя ярмо и тащишь.

Холодею. Замираю. Злюсь.

Первая реакция всегда неверная. Факт. Поэтому не бросаю в Сашку свою кружку с огненным кофе. Прежде всего дышу. Мерно и глубоко. Снимаю удушливую волну раздражения. Благодаря моей разумности он остается сухим и не обожженным.

Чтобы заглушить остатки внутреннего бесива, беру тряпку и полирую поверхность стола до зеркального блеска. Удовлетворившись результатом, аккуратно кладу ткань в предназначенный короб и от души рекомендую Демидову.

— Уезжай.

Насупившись, молча собирается и покидает мое жилище. Вот и поссорились. Знает, что в запретное влез, так нет, по наивности и важности считает, что поучать может. В очередной раз по носу щелкнула, надеюсь запомнит окончательно и бесповоротно.

Я же, сгорбившись, сижу около тридцати минут, перебирая последние важные события своей жизни. Р-размышлизмы. Ими овладела в полной мере.

Никакой Саша-Петя-Вася мне не заменят воспоминаний о Глебе. Авдеев уникален. Люблю его до сих пор. Каждую ночь о нем думаю. Зависимость моя больная и страшная. Судьба такая выпала любить человека, с которым никогда не быть вместе.

Как выбиралась тогда… Вспоминать не хочется. Пережив адский ад, нашла в себе силы поговорить несколько раз с Глебом. Все, о чем просила, он выполнил. А я… Сказала, что пути наши расходятся.

Основания были. Очень веские. Одно из которых основное — я никогда не смирилась бы с тем, что Глеб против детей. И на месте его Наташи хотела бы оказаться в последнюю очередь.