Книга Плата за жизнь, страница 103 – Татьяна Захарова

— Я пока салат приготовлю, – шепнул мне вскоре Алексей и махнул Карине рукой.

Дочь тут же оживилась – видимо, присутствие Алексея её все-таки смущало. В конце разговора Карина серьезно спросила:

— Мам, а ты его действительно любишь?

Ковалевский тут же выразительно приподнял бровь, с улыбкой заглядывая в мои глаза. Я коротко выдохнула и пробормотала:

— Люблю.

— Тогда и я его полюблю, – уверенно заявила малышка с невероятно серьезным выражением лица.

Юлия

Оказывается, всё, что было до звонка Карине, было легкой прелюдией к дальнейшему разврату. А уж после обеда Алексей оторвался на полную катушку. И как ни странно, мое тело с готовность откликалось на все его предложения. Связывания, фиксация, легкая порка, различные игрушки и полное подчинение даже не устным приказам, а его взгляду или жесту. Да, возможно, большинство посчитает это извращением, но если нам обоим это в кайф, то какое нам дело до остальных? Мне нравилось всё: и его жесткость и проскальзывающая периодически нежность и забота. Я просто принимала его таким, какой он есть. Это ли не любовь?

Шале мы покинули ранним утром в понедельник. И я опять отсыпалась в дороге. Даже не проснулась, когда Алексей делал остановку в том же кафе. А вот запах кофе и выпечки, которые он купил для меня, постепенно разбудили. Так что я позавтракала в дороге. В отеле мы быстро переоделись и, захватив Владимира, направились на переговоры.

Всё было слишком хорошо. Так просто не бывает у меня. Но я ничего не заподозрила. В начале двенадцатого у меня стал разрываться телефон. Благо он стоял на беззвучном режиме, но вибрацию я слышала. И понимала, что что-то случилось. Её, наверное, уловил и Алексей, раз попросил в двенадцать сделать перерыв. Схватив сумочку, я унеслась в туалет. Ксюша и Галина названивали мне весь последний час.

Набрала Галину. Она тут же ответила, будто все это время ждала звонка.

— Юля, – выдохнула она. – Карине плохо с утра стало, – сердце ухнуло в пятки. – Сейчас у неё температура, рвота. Я тут же вызвала Ксюшу, мы поехали в клинику, где ей операцию делали. Возможно, это простое отравление, но мы боимся рисковать.

Я медленно выдохнула, пытаясь собрать мысли в кучу.

— А вы не пропускали прием иммунодепрессантов? – первое, что пришло мне в голову. После трансплантации это жесткая необходимость.

— Нет, Юль, ты что, – пробормотала Галина.

— Может, съела что-то жареное и сильно жирное, – предположила я. Но температура в таких случаях редко поднимается. Так что это или отравление или ротовирус… О худших вариантах я не буду сейчас думать. Не буду!!! Галина что-то бормотала про картошку в Макдональдсе, но я не вслушивалась. – Галя, как приедете в клинику, сразу мне отпишитесь. Все обследования, что назначат, и даже просто порекомендуют – всё пройдите. Я вам деньги сейчас переведу.

— Конечно, Юль, всё что можно и нельзя мы сделаем для Карины, – торопливо зашептала Галина. – Я понимаю, что ты связана контрактом, но…

— Я поговорю с Ковалевским как только мы закончим сегодня переговоры, – неуверенно пробормотала я. Сердце щемило, но бросить Алексея в разгар дебатов я не могла. И дело не только в контракте и неустойке… – Но если это обычное отравление…

— Если отравление, то мы справимся сами, – решительно перебила меня женщина. Я попросила поговорить с Кариной, если она в состоянии. И все пять минут пыталась её успокоить. Она боялась, что прошлогодний кошмар повторится. Я тоже до ужаса боялась рецидива, но отгоняла от себя эти мысли.