Книга Проданная его светлости, страница 103 – Лиззи Голден

Закашливаюсь. А потом… все меркнет. Последнее, что слышу хриплым шепотом: «Рианна…»

Так называл меня только один человек. Фабиан.

Я настоящая выхожу из своего бессознательного тела и какое-то время ничего не вижу. А потом… декорации меняются.

Дикая природа, ущелья, высокая гора… Принц Самвел — а это он — тащит на себе нечто завернутое в его черную мантию. Впрочем, из-под нее выглядывает белое подвенечное платье… так что можно догадаться, кто это.

— Кожа да кости, а в гору не затащишь, — пыхтит он сердито, но тут же его лицо расплывается в недоброй улыбке. — Зато я получил что хотел, детка, даже без твоей помощи. Грош тебе цена, целительница недоделанная. Сам без тебя справлюсь. Не захотела помогать — ну и подохни здесь, как собака.

Он подходит к краю обрыва, разворачивает мантию и сбрасывает оттуда… меня.

Мое тело катится вниз, ударяется о камни, а потом останавливается, застряв между кустарниками. Одна рука неестественно вывернута. Лицо бледно.

— Тьфу! — сплевывает вслед принц и уходит.

А я зависаю между горой и бездной, глядя на свое тело. Но… что это? Оно будто светится. Потом свет погасает. Я делаю вздох. Еще один. Приоткрываю глаза и… снова закрываю.

* * *

— Надо же, такая молоденькая, а уже кому-то дорогу перешла, — сетует кто-то. Туман рассеивается, и я вижу троих мужиков над обрывом. Один спустился на веревках и поднимается вместе… с моим телом. Те двое помогают ему, подтягивают веревки и вот, он вместе со мной уже наверху.

— Кто-то позавидовал, небось, и решил избавиться… бедняжка, — чешет затылок один из мужиков, похожий на рыбака.

— Надобно похоронить по человечески, — говорит второй.

— Эй, кажется, она еще дышит! — говорит третий.

Вижу, как двое из них заворачивают меня в какое-то тряпье и несут туда, где виднеются приземистые домики селян.

* * *

Меня выбрасывает из прошлого теперь уже окончательно. Снова вокруг непроглядная желтая пустыня с «перекати-поле» в виде дымных сгустков. Песок то и дело вздымается, заслоняя вид. Бреду, неизвестно куда и неизвестно зачем. Как будто из бездонника есть выход.

А может… есть?

Не слышала еще, чтобы кто-то забирался к нему в живот, просматривал свое прошлое и разгуливал, разглядывая мрачные пейзажи. Об этом не было в той книге. И отец об этом вряд ли знал.

А знал ли Фабиан?

Маленькая скрюченная фигура, темнеющая вдали, заставляет меня ускорить шаг. Бегу, но по песку невозможно быстро переставлять ноги. Они то и дело вязнут. Но главное — иду. И я жива.

— Фабиан! — зову, но голос снова тонет в песках и глушится сразу же. Словно в этом месте не положено издавать громкие звуки.

Да, это он. Узнаю по прическе. Волосы треплет ветер. Он сидит на земле ко мне спиной, обхватив себя руками за колени. Двумя… руками.

Кисти его рук стали одинаково бледными с черными прожилками. Но он их словно чувствует. Впрочем, хорошего мало. Надо действовать быстро, пока не поздно.

— Ты мне кое-что задолжал, Фабиан, — медленно подхожу к нему. Тот вздрагивает, но не оборачивается.

— Слышишь меня? — повышаю голос. — Нечего делать вид, что меня тут нет.

Тот горько усмехается. О, он в таком положении еще может смеяться! Значит, не все потеряно.

— Я переписал на тебя замок и загородное имение, куда ты тотчас отправишься, — говорит он хрипло, не оборачиваясь. — Все, что в них — золото, сбережения, акции — принадлежит тебе. Ты можешь купить все, что пожелаешь…