Книга Медвежий капкан. Травница, страница 25 – Александра Неярова

Обычный человек не то что скорее бы помер, так и провалялся бы на ложе несколько седмиц, а он уже на третьи сутки брёвна стал рубить и ворочать!

Поутру третьего дня Ивар сходил в Соколиный предел – княжество, в которое я угодила, там переговорил в княжеском тереме с Ярославом и после полудня вернулся, за топор взялся.

В рубахе воротился да добро с собой притащил: рабочие инструменты и мешок крупы с яствами.

Мы с ним ни о чëм не условились. И я думала он с наступлением ночи уйдёт за околицу в княжество обратно в собственный дом, но ошиблась.

— В сенях мне стели, – велел мне, когда я всë же вышла к нему на улицу после заката солнца, глаза к земле опустив.

Тяжело стало выдерживать его пронзительные взгляды, полные тоски.

— Дома меня никто не ждёт, сестру родную перед походом на варяг я замуж пристроил. А в свете последних событий, – Ивар тонко намекнул о том, в каком состоянии я его нашла с Топтышей у границы реки. – Приглядывать сам за тобой буду. Больше некому.

И здесь прав оказался. Некому. Мишка не в счёт.

Что с ним приключилось, воевода так мне и не рассказал. Однако, чуяла я нависшую над Соколиным пределом угрозу.

Лишь немногое я вызнала от сельчан: слышали кумушки о новом указе князя Ярослава – границы земель укрепить, дозорных расставить, чтобы ни одна муха незамеченной не пролетела.

Ярмарка ведь скоро. Купцы и торгаши разные съедутся, люд поглядеть на диковинные товары.

А с ними может проникнуть в княжество кто угодно из врагов…

Будь то остатки разбитых варягов или завистливые соседи.

Меж тем я хлопотала по хозяйству, стараясь не попадаться Ивару под руку, он с усердием принялся за работу.

Его сильные руки, привыкшие к мечу и щиту, теперь умело управлялись с плотницким инструментом. День за днём он преображал ветхую лачугу.

Сначала занялся крышей. Старые доски заменил на новые, аккуратно уложил их, затем покрыл свежей соломой и просмолил, чтобы ни одна капля дождя не проникла внутрь.

Щели между бревенчатым срубом тщательно замазал глиной с сухой травой. Скобы в двери забил обратно, делая дом теплее и уютнее.

И колодец, который давно нуждался в починке, заблестел свежей водой после его умелых рук. Ручку у колодца смазал, а то скрипела безбожно, что раненый зверь лютый.

Мне теперь не приходилось посылать косолапого мишку за водой в ручей, и самой в даль холить с коромыслом. Красота какая!

А Ивар ещë и у телеги колеса поменял, на ход поставил.

Я наблюдала за ним украдкой, прятала смущённую улыбку за занавеской. Сердце трепетало при виде того, как ловко он управлялся с работой, как уверенно и настойчиво преображал хижину ведьмочки.

Топтыша настороженно следил за ним – не доверял. Не ладили они. Воевода старался не обращать на медвежонка внимания, что крайне раздражало последнего.

Воевода не остановился на достигнутом.

Старый покосившийся забор тоже требовал внимания – так он нарубил новые столбы, просмолил концы, которые в землю уйдут, дабы не скоро сгнили. Выровнял перекладины, придав ограде достойный вид.

Я старалась благодарить умелого мужика вкусными блюдами. Благо с его появлением запасы в коробах перестали пустеть, а лишь пополнялись.

Ивар ходил на охоту, мяса дичи приносил. Соты медовые.

И как только ему удавалось с одними силками и кинжалом?