Книга Демонхаус, страница 151 – Софи Баунт

Однако Сары в спальне не оказывается, зато находится кое-кто другой, и он вмиг мне отвечает:

— Я всегда знал, что возбуждаю твое воображение, Рексик.

Виса потехи ради принимает вызывающую позу.

Да твою мать!

— Ты че здесь забыл? – злюсь я.

— Не перепало от девах из ковена? – усмехается Виса. – Прости, но я тебя в свою кровать не пущу даже за деньги.

Вампир подмигивает, сдувает со лба крашеную алую прядь и продолжает рыться в сундуке.

— Еще слово… и будешь трахать своих баб деревянной палкой, – угрожаю я, сверкая на вампира презрительным взглядом.

Виса хохочет, не отрываясь от сундука.

— Ой, как страшно, – кривляясь, наигранно шепелявит он. – В какой-то затерянной Атлантиде сознания я тобой, Рексик, восхищаюсь. Ты прямо неубиваемая бацилла, но клянусь… я найду от тебя лекарство.

Он рассматривает вещи, которые добыл в сундуке: ржавый нож, белые шарфы и записную книжку.

— Ну если совсем уж откровенно, то и твоя бледная рожа мало кого радует, – язвлю я, а потом сухо спрашиваю: – Где Сара?

— Внизу? – уточняет Виса в ответ, откидывая назад свой русый хвост. – Откуда мне знать?

— Ну а ей стоит знать, кто перерыл ее вещи.

Я собираюсь уходить, но дверь вдруг захлопывается прямо перед носом. Гребаный вампир, как и Сара, владеет телекинезом.

— Не будь таким нервным, пупсик, – протягивает Виса и щебечет: – Хочешь, я сделаю тебе какой-нибудь подарок?

— Что ты мне сделаешь?

— Подарок, Рексик, – улыбается во все зубы Виса. – Я пытаюсь наладить с тобой отношения, дурачок. И ты попробуй. Я ведь охренительный малый, я просто не могу кому-то не нравиться. О, знаешь, что тебе нужно? Я знаю!

Он вручает мне ржавый нож.

— Зачем мне эта гадость?

— Он тупой и страхолюдный, а подобное тянется к подобному, – продолжает сиять улыбкой Виса.

— Слушай. – Я хватаю вампира за края распахнутой кожаной куртки. – Я уже побил тебя сегодня и побью еще. Будь уверен. Но в этот раз сомневаюсь, что не убью!

Малахитовые радужки Висы краснеют, зрачок сужается в одну линию, и глаза вспыхивают, словно фонарик, из-за чего я отшатываюсь.

Вокруг расплывается темнота.

Я ослеп?

— А теперь… отрежь, – голос льется сладкой симфонией.

Отрезать что? Чей это голос? Мой? Висы?

Сквозь серый дым просвечиваются очертания комнаты, я размахиваю руками, прогоняя туман, и в один миг – прихожу в себя.

О дьявол!

Я спустил с себя штаны, стою с ножом в руке и собираюсь отрезать себе член!

— Ах ты ублюдок! – Я натягиваю штаны и толкаю Вису в грудь.

Кидаю нож в стену, но он вонзается в картину на полке – с изображением трех девочек.

Черт…

Сара меня прибьет.

— Не забывайся, щеночек, – шипит Виса.

Из его носа течет кровь. Он вытирает ее и со злостью смотрит на свои багровые пальцы. Любопытно, ему тяжело подчинить меня своей воле, потому что я призрак или потому что колдун? В любом случае он напросился.

Я бью Вису в морду, но промахиваюсь – он резко наклоняется, и я ударяю костяшками в деревянный столб кровати. Сука! Я рычу от боли, держась за кулак. Ладонь, раненная Менестрелем, еще не зажила, а сейчас я и вторую руку чуть не сломал.

Пока я мучаюсь от боли, Виса вдруг удивленно спрашивает:

— Откуда это фото?

Я оборачиваюсь. Вампир подобрал фотографию Волаглиона и моего маленького отца, которая выпала из кармана.

— Не твое дело.