Книга Демонхаус, страница 152 – Софи Баунт

Я собираюсь накинуться на Вису вновь, но рука ужасно болит.

— Ошибаешься, – выговаривает он, сжимая губы до белизны. – Ты хоть знаешь кто это?

— А ты?

— Это мой человек. – Виса разворачивает фотографию, тычет ею мне в лицо. – И спрашиваю снова. Откуда. Эта. Фотография?

— Волаглион – твой человек? Ты рехнулся? – смеюсь я.

— Это сейчас он Волаглион, – гаркает вампир. – А тогда его звали Алексом.

Нет! Нет! Нет!

Я хочу биться головой о стену. Догадка, которая снизошла на меня в библиотеке, подтверждается.

— Ты имеешь в виду до того, как в него вселился демон? Его звали Александром? Александром… Крамским?

— Ты-то откуда его имя знаешь?

— Этот ребенок… его сын?

Первый раз я вижу Вису настолько растерянным. Он смотрит то на фото, то на меня.

— Верно, – хмурится вампир.

— Это мой отец. – Я сажусь на кровать, растирая виски. – А это, похоже, мой дедушка.

— Похоже? Ты не в курсе, как выглядит твой дед?

— Да, представь себе, – беспомощно развожу я руками. – Отец не сохранил ни одной фотографии. Он ненавидел деда.

— Погоди, – вскидывает русые брови вампир. – Ты внук Алекса? Кровавая баня! Сдохнуть не встать! Слушай, а ведь точно. Похож! – Он присвистывает. – Че-е-ерт! Да ты гонишь! Пупсик, мы с твоим дедом… о-о-охренеть!

— Вы… что? Ты дружил с моим дедом?

Я медленно моргаю. Знаете, двое в этом доме стабильно меня раздражают. Рон и Виса. Правда, раздражают по-разному: Виса бесит, потому что не прекращает попыток отобрать у меня Сару, а Рон милуется с моей бывшей. Но главное – они оба ненавидят меня. Я так привык к их ненависти, что подумываю переспросить у Висы, точно ли он сейчас со мной разговаривает. Он сияет улыбкой, как жаркое летнее солнце, с восторгом любуется мной. Похоже, мой дедушка был для него очень близким другом.

— Дружил? О-хо-хо-хо! Да мы такое вытворяли… Алекс – это огонь! Пламя! – восхищенно рассказывает Виса. – Твой дедуля был нереально крут, малыш. А сколько баб у него было, ух, он был еще тем… утонченным папочкой для одиноких (и не очень) малышек. Куролесили мы знатно…

— Так-так, понятно. – Я закатываю глаза. – Замечательно. Мой дед был таким же мудаком и бабником, как ты.

— Да ты вообще видел Волаглиона, дружок? Видел? Он гребаный секс-символ! Вот и представь, как за Алексом девки бегали. Ну, пока демон его не убил.

— Ага, значит, мой дед – колдун, и более того… вы из одного ковена. Блеск.

— Твой дед – непревзойденный колдун! И да, видал татуировки на запястьях демона? – Виса закатывает рукава, демонстрируя татуировки в виде широких браслетов, похожих на наручи. – В нашем ковене были только мужчины, и по традиции мы набивали отличительный знак рунической защиты.

Я вдруг вспоминаю свой сон. Парень, который искал книгу, гримуар Волаглиона… это был мой дедушка? Моего деда убил демон? Так вот куда он исчез! Отец всегда говорил, что дед бросил их с мамой, и…

— Волаглион – это мой дед, – соображаю я вслух.

— Точнее, это тело твоего деда, – поправляет Виса.

— Вот почему мой отец так ненавидел и боялся всего, что связано с нечистью. Он знал…

— Как бы это ни было сопливо, но замечу, что Алекс безумно любил свою семью и твоего папульку. Думаю, да, он рассказывал Алексу-младшему о колдовстве и, скорее всего, пытался пробудить его в сыне, – небрежно тараторит вампир, почесывая подбородок и стуча перстнями друг об друга. – Была у него слабость к сексуальным малышкам, однако он много делал для семьи, чем до рвоты, знаешь ли, раздражал. А вот его жена не знала даже, что ее муж – колдун. И когда Алекс умер, я в свою очередь не знал, че ей сказать. Не мог же я ляпнуть, что ее мужа грохнул демон. Хотя сначала я пытался быть хорошим другом и пробовал заменить твоему отцу… отца, да, но, как оказалось, я ничего не смыслю в этих маленьких человечках… ну, там, даю им виски, когда плачут, путаю игрушки для детей с игрушками для котов, короче… твоя бабушка послала меня на хер.