Книга Демонхаус, страница 54 – Софи Баунт

— Нет? – удовлетворенно переспрашивает он. – Хорошо. Не тебе, конечно. Но хорошо. Слушай, а она… впрочем, не важно. Оу… Тебе неприятно было наблюдать за мной, да? Точно, точно. На тебя смотреть больно, малыш. Лизи, чего же ты ждешь? Помоги нашему другу.

Девушка кивает и рывком седлает меня, снова тянется к ремню, но настойчивее, ломает два ногтя, но не останавливается. Я упускаю момент, когда она расстегивает мои штаны, отстраняю ее и хочу подняться на ноги, но девушка страстно целует меня в шею.

От нее приторно пахнет ежевикой. Она прижимает мою ладонь к своей груди. Надо остановить ее… а как? Ударить?

Виса подначивает, жестикулирует и приказывает, точно маэстро, дирижирующий оркестром. Я напрягаюсь. Девушка пальцами добирается до цели, обхватывает мой член. Не сказать уже, что я сильно сопротивляюсь…

Перед глазами вдруг возникает образ Сары. Ее обнаженное тело. Тонкая талия. Шрамы на животе… Ее запах. Лаванда. Шалфей. Сапфировые радужки. Ведьма… вот кого я жажду на самом деле, вот кого требует душа. Не тело – ему плевать, с кем снимать напряжение.

При мыслях о Саре на голову будто здание падает!

— Она вся твоя, малыш, возьми ее, возьми. – Русые брови взлетают ко лбу, вампир пристально смотрит, повторяя одно и то же. Неужели хочет загипнотизировать меня? С каждым словом тон его голоса бархатнее, слаще: – Возьми. Ты ведь хочешь… хочешь. От подарков не отказываются.

— Она не соображает, что делает. Ты отвратителен, – хриплю я.

— М-м-м, какой… Мальчик с высокими моральными принципами? Давай так. – Виса прокручивает золотое кольцо в ухе. – Если ты примешь мой подарок, то я оставлю ее в живых.

— Какие же вы больные…

— Возьми!

Его приказ ударяет по мозгам тараном, в ушах звенит, и я ору:

— Кто ты такой?!

Пробую встать, но тело не слушается. Девушка стягивает мои штаны до бедер, и я задыхаюсь от вожделения в ее шоколадных глазах. Она опускает голову, обхватывает меня горячими губами. Мир плывет, тает… все вопросы притягиваются друг к другу магнитом, склеиваются – и ком этот разом взрывается.

Виса лениво отвечает, бултыхая ладонями пенные облака:

— Кто я? Близкий друг твоей госпожи.

— Колдун, – я касаюсь затылком стены и тяжело дышу, – и упырь.

— Предпочитаю зваться Висой.

— Сара… она ведь не вампир?

— Не-е-т, хотя я предлагал обращение. Ее вообще не интересует жизнь. Любопытно, правда? – Виса выставляет ногу, внимательно разглядывает пальцы на ступне. – Прелести вечной жизни Сарочку не интересуют.

Я хочу спросить, зачем же она продолжает убивать мужчин, разве не похищение душ дает ей бессмертие (такую теорию я вывел), но вместо этого мычу что-то нечленораздельное. Девушка проталкивает мой член глубже в свое горло, увеличивает темп, и я совершенно теряюсь из-за ее ласк. Столько недель без секса… и все же, несмотря на близкий финал, я отстраняю от себя прекрасную мучительницу. Подобное поведение рассмешит, пожалуй, некоторых, но так уж я устроен: прекрасно знаю, что такое принуждение и какую боль оно причиняет; знаю, что значит быть пленником; и я сейчас не только о Платановом бульваре, сорок семь. Нет, свечи и Виса напомнили мне далекие времена, когда я был рабом отца, темную комнату и свечи вокруг, колени, стертые от молитв (молился ли я?), наказания отца, клетки и замки́, фанатичные повторения одних и тех же фраз, которые я не мог и не хотел запоминать, чем отец был недоволен, – а когда отец был недоволен, происходило страшное.