Книга Мемуары Эмани, страница 43 – Нина Ким

— Когда платить будешь?

Я кивала на свой товар:

— Ничего не продала.

Он не знал, что я бегала к китайцам за вещами и бойко торговала, добавив к названной хозяевами цене свой рубль. Повеселела я, заработок появился. Перебегаешь через дорогу, забираешь у них барахло, продаешь, и копейка в кармане.

В один из обходов Монтана мотнул головой:

— Пойдем со мной.

Я пошла за ним. В мебельном магазине он позвал дядю Ваню, сторожа, переговорил о чем-то и вышел на улицу. Мы прошли в подсобное помещение. Он открывает ключом дверь и включает свет. В комнате стоит грубо сколоченный топчан, накрытый грязным одеялом. Лампочка зажглась и потухла, а у меня в голове щелкнуло. Поняла, для чего бандит привел меня сюда.

Села на топчан и уверенным голосом командую:

— Дверь открой.

— Боишься?

— Темно, не видно ничего. Садись рядом, – и хлопаю по пыльному матрасу.

Он удивился, но сел.

— Что хотел-то, Монтана? – смотрю ему прямо в глаза.

— Слушай, ты же не можешь отдать деньги. Короче, у меня не было такой бабы, как ты, – забормотал он.

— Посмотри на меня внимательно. Зачем тебе шестидесятилетняя старуха? Это первое. Второе: никогда не мешай дела с постелью, ты же серьезный человек. Третье: если вдруг приедешь в Ташкент, я помогу тебе, у меня много знакомых.

— Не, тебе точно шестьдесят?

— Да, мой сын – твой ровесник. Пойдем на ряды, подарю тебе духи мужские из Франции.

Монтана почесал бритую голову и начал торговаться:

— Тогда подгони мне такую же, как ты.

— Нет. Ты молодой и красивый, дорожку к женскому сердцу протопчешь сам. Я не сводница, а учительница по профессии.

Тут он вообще подтянулся весь, даже извинился. Наверное, Марью Ивановну свою вспомнил. А было мне тогда сорок с хвостиком небольшим.

Вышли из той каморки, дошли до моего прилавка, вручила ему парфюм и улыбнулась:

— Мы друзья с тобой?

Он поднял вверх большой палец и ушел по своим важным делам. Он ушел, а я бессильно свалилась на стул. Соседка еле отпоила валерьянкой.

Мы с ним подружились. Как-то осенью бегу по делам в городе, кто-то меня зовет. Оглядываюсь – Монтана. В длинном кожаном пальто, белый шарф такой же длины и кепка. Симпатичный такой стоит и улыбается мне:

— Поехали в ресторан, погуляем!

Я ему погрозила пальцем, он еще раз улыбнулся насмешливо и тепло. Догадался, наверное, потом, что я его провела. Но мне сошло с рук.

На сравнительно небольшой территории центрального рынка хозяйничали разные группы ребят. Однажды снизу под прилавком кто-то выталкивает сумку, потом из-за нее выглядывает вор Миша. Надергал из мешков у китайцев вещи и хочет пролезть. Я ногой наступила на сумку и говорю:

— На меня посмотри, хорошо? Выползешь отсюда, если будешь это место обходить стороной.

Посмотрел и сказал:

— Договорились.

Он ушел с ребятами, которые стояли на страже напротив нас и следили за ходом действий.

* * *

Была еще одна серьезная группа.

Однажды я решилась на штурм. Подошла к ним и говорю:

— Займите деньги на чебурек, есть хочется.

Они опешили, потом кинули с брезгливостью мятую бумажку. Подобрала и пошла дальше. Через неделю нашла их и говорю:

— Ребята, долг возьмите.

Они так живо встрепенулись:

— Сколько?

Протягиваю им бумажку, которую они мне кинули на землю. Один из них поймал мой взгляд. Посмотрел внимательно и говорит: