Книга Мемуары Эмани, страница 74 – Нина Ким

Через пару недель мы с ней летели в Москву. С самого начала это было настоящее приключение иностранки в России.

— Нина-сси, вы купили билеты?

— Да, еще несколько дней назад.

— А какой авиакомпанией вы полетите? «Аэрофлот»? Не слышала. Ну, если она безопасная…

Не дослушав, поспешно отвечаю, что «Аэрофлот» почти как «Люфтганза». После моих заверений мадам Суок (так звали жену Рокки) решила купить билет на тот же рейс и в тот же день. И вот мы летим вместе в Москву «Аэрофлотом».

Мадам Суок поудобнее усаживается в кресле и начинает светскую беседу (разговариваем на корейском языке).

— Как интересно, первый раз лечу экономклассом, вроде бы ничего. Кресла чуть поуже, обед скромнее, а в остальном почти все как в бизнес-классе, – улыбается.

— Да? – киваю в ответ и тоже улыбаюсь.

Приехали мы с ней на рынок в Москве, чтобы почувствовала колорит города. Поехали в такси. Машет руками, что сама рассчитается. Ну и ладно, сумма там небольшая – 180 рублей.

Поворачиваюсь, вижу такое довольное лицо таксиста. Ага, молодец, чаевые оставила.

— Ну как, справилась с рублями?

— Дала ему сто долларов, бедный, такая машина, жалко его, водителя!

В Москве нас повели в ресторан в центре города. Тостов было много, она пила русскую водку до дна, потому что ей сказали, что таковы традиции в России – пить до дна. Потом повезли в узбекский ресторан. В съехавшей набок тюбетейке, разгоряченная русской водкой, с кальяном в зубах мадам Суок восхищалась на весь зал: «По всему миру летала, но так интересно не было нигде!»

Рано утром на следующий день нас повезли в Суздаль. По дороге сделали гигиеническую остановку. На вопрос, где туалет, девушка за стойкой молча протянула ключ и показала пальцем, куда надо идти.

Едем дальше, опять остановка.

— Ключи, пожалуйста, дайте, – прошу шепотом девушку у кассы.

— Какие ключи? – удивилась она.

— От туалета.

— Туалет открытый, идите на улицу.

Деревянное строение стояло на возвышении за заправкой. Мадам опасливо потянула скрипучую дверь и быстро отпустила ее:

— Не могу, там дыра такая, я упаду.

— Терпи, – сказала я и пошла к машине.

Слышу, дверь заскрипела, пошла все-таки. Не упала.

В Суздале послушала гида на английском языке, потом попросила меня перевести на корейский. Поразил ее рассказ о непослушных женах государей, которых прятали в монастыре. Удивлялась жестоким обычаям. Оказывается, в Древней Корее у правителя была одна жена и более двухсот наложниц, у которых были определенные права и привилегии. Но жена была выше всех по статусу. Король обязан был посещать королеву один раз в неделю, а многие наложницы годами ждали его визита. Дети, рожденные королевскими наложницами, получали воспитание наравне с детьми короля. Закон их признавал, они имели все права от отца-короля, кроме права на трон. Поэтому никого никуда не прятали и не убивали.

Обед в ресторане «Трапезная» в Архиерейских палатах суздальского кремля превзошел экскурсию.

— Нигде такого не ела, – сказала она, поедая «царскую рыбу» – запеченную осетрину. – Осетры только в России водятся?

— Да, – уверенно ответила я, – на Волге.

Мадам Суок улетела в Брюссель, не пристроив свои миллионы евро. Первоначально хотела открыть фирму по производству унитазов с функцией биде и с гигиеническим душем. В то время такого в России еще не водилось. Но ей что-то не понравилось – наверное, туалеты по дороге.