Книга Цветы эмиграции, страница 88 – Нина Ким

Мужчины прошли в кабинет на первом этаже и плотно закрыли за собой дверь.

Прошло почти два года с тех пор, как Василий переехал в Германию. После шумной Москвы Дюссельдорф казался серым и скучным. Он не торопился домой, никто его не ждал. Смотреть на унылые стены ему не хотелось, боялся умереть от тоски. Завести собаку? Выгуливать её и степенно проводить свободное время? Нет, этим он займётся лет в шестьдесят. Обошёл все музеи, записался на курсы по немецкому языку, познакомился с городом и удивился, что больше и нет особо важных дел: некуда спешить, не к кому идти, никто его не ждёт.

В кабинете они сели за большой дубовый стол. Густав открыл сейф и достал какие-то документы.

— Поставь свою подпись внизу.

— Что это?

— Ты становишься моим равноправным партнером, учредителем империи русских магазинов, – торжественно произнёс Густав. – Но это ещё не все. Третьим равноправным учредителем станет Шахин.

— Зачем, – опять удивился Василий.

— Но, – Густав внимательно посмотрел на друга, – об этом никто не должен знать. Документы будут у нотариуса.

— Зачем ты отрываешь от своей семьи, мне и зарплаты хватает. В Москве хорошо заработал.

— Так те московские деньги в обороте здесь, в Германии. Поэтому мы станем соучредителями. На следующей неделе поедем к Шахину и вручим ему тоже верительные грамоты.

Больше часа Густав объяснял Василию положение дел в компании, дал адреса юриста и нотариуса.

— Кроме зарплаты на ваши счёта будут ежемесячно поступать проценты от оборота основных средств компании. Присматривай себе жильё. Дом покупай рядом.

— Нет, не хочу газоны стричь каждую неделю.

Оба пришли к выводу, что Василию необходимо приобрести апартаменты. Решив все вопросы, друзья выпили по стопке водки и вышли на улицу. На огромной лужайке под тентом был сервирован стол, за которым сидели Инга и Эмма. Обе вытирали слёзы, когда увидели мужчин.

Василий сел между ними и обнял обеих за плечи. Потом нарочито весело спросил у Инги, будут ли кормить его, не то погибнет от голода.

Все присутствующие знали, что у Эммы онкология. Людвиг поднял на ноги лучших специалистов, но болезнь так быстро прогрессировала, что они не могли ничего сделать. Опухоль мозга уже доедала Эмму. Исхудавшая, с платком на голове, чтобы скрыть следы химии, она пыталась держаться. «Маленький оловянный солдатик», – сказал Людвиг про жену, когда Густав с Ингой пришли к ней на день рождения. Сегодня она была без мужа, потому что Людвиг уехал куда-то по делам.

Густав, отмахиваясь от густого дыма, колдовал над стейками, которые жарились на гриле.

Разложил на огромное блюдо золотистые куски мяса и торжественно провозгласил:

— От лучшего повара!

— Спасибо, – слабо улыбнулась Эмма.

Обед прошёл в тягостном молчании, хоть мужчины пытались шутить, пытаясь разрядить обстановку. Эмма тоже пыталась есть, изображая аппетит, но стейк истекал соком на тарелке, почти нетронутый хозяйкой.

Василий поднялся с места первым, объяснив, что завтра рано на работу. Обнял женщин, участливо кивнул Эмме и пошёл к выходу вместе с Густавом.

— Не понимаю, почему врачи здесь говорят правду больному? Зачем Эмме знать, что она умирает.

— Чтоб принял болезнь и подготовился к сражению с ней, – ответил Густав.

— Ага, видел я борца. Эмма превратилась в тень.